— Не тупи, детка. Эта хрень затянулась. Мне же может надоесть за тобой бегать, — эту фразу Максим повторял так долго, что Кира устала ждать, когда же терпение его наконец закончится.
— Пусти! Я устала. Хочу есть и спать!
Кира попыталась вывернуться, но Максим лишь усилил хватку. Кира пискнула от боли и повторила громче, в надежде, что кто-нибудь услышит и придëт на помощь:
— Пусти!
Максим прижал еë к стене, схватил за горло. Сдавил так, что она воздуха стало не хватать.
— Я тоже много чего хочу, детка. А если я чего-то хочу, я это получаю. Сейчас я хочу тебя. Это понятно?
Кире было до одури страшно. Она прекрасно знала, что в гневе у Максима нет тормозов. Раньше бы Кира сдалась, смирилась, согласилась бы на всë, лишь бы не испытывать судьбу. Но сейчас она зажмурилась, сглотнула, подавив подступивший к горлу ком, и нащупала в кармане ключи. Зажала их в кулаке, выставив между пальцев.
— А мне плевать, чего ты хочешь! — набралась она смелости и хрипло продавила сквозь пальцы на горле. — Плевать! Да! Я уже поняла, что ты за человек. Мне хватило!
— Да брось! Чë ты ломаешься, как целка? Мы же с тобой оба понимаем, чем дело кончится. Ты всё равно вернëшься.
Он говорил с кривой ухмылкой. Приблизился так, что Кира почувствовала запах многодневного запоя. Отвернулась, не в силах вынести шальной взгляд голубых глаз Максима.
— Чë ты нос воротишь? — оскорбился он. — Чë, забыла, как я из тебя нормального человека сделал?
— Прекрати нести чушь! Совсем крыша поехала?
— Чушь? Да без меня ты никто! Простая дешëвая шлюха. Так что перестань выкаблучиваться. Давай лучше, как в старые добрые…
Максим ухватил Киру за подбородок, повернул к себе. Попытался поцеловать. И тут Кира решилась впервые дать отпор. Подняла руку с ключами и ударила Максима по лицу. Разодрала ему щëку, оставив три красные полосы.
Максим отстранился, схватившись за рану. Рассвирепел, матом заорал. Ринулся в атаку, замахиваясь.
Кира же сжалась от ужаса, застыла, готовая к боли.
Но вместо удара запиликал домофон, открылась дверь, и на улицу вышел сосед. Пока они с Максимом разглядывали друг друга, оценивали, Кира заскочила в подъезд и пулей взмыла на четвëртый этаж, где находилась квартира тëти Кристи.
С того вечера прошло два дня. Максим больше не звонил и не писал, не искал встреч. Кира даже начала думать, что он наконец всë понял и сдался. Но не тут-то было. Сообщение, за ним ещё одно и ещё. Когда Кира сбилась со счëта, начались звонки. Максим сегодня был настойчив, как баран. И пусть Кира не отвечала и не сбрасывала, будто вовсе ничего не слышала, но всë равно не могла сосредоточиться на работе. Назойливая вибрация занимала мысли и сеяла в сердце беспокойство.
И вдруг всë стихло. Только теперь, когда хэндфон прекратился биться в истерике, Киру охватила дикая слабость. На глазах еë навернулись слëзы, которые Кира быстро смахнула, лишь бы коллеги не успели заметить. Иначе начнутся расспросы, сплетни, слухи.
Домой идти Кира боялась. Чувствовала, что Максим что-то задумал. И хотя теперь в кармане рядом с ключами лежал ещё и перцовый балончик, уверенности он не прибавлял. Потому, когда хэндфон завибрировал вновь, внутри Киры что-то ухнуло, а сердце вовсе будто замерло.
Звонила соседка. Марта Семëновна. Иногда та просила купить по пути домой лекарства или ещё что-нибудь небольшое. Экономная старушка не любила доплачивать тридцать процентов за доставку. Вот только сегодня Кира была уверена, что речь пойдëт не про таблетки от давления или кошачий корм.
— Алло, да, Марта Семëновна? — Кира старалась говорить спокойно.
— Кира? — прошептала старушка. — Кирочка, ты домой когда приедешь?
— Как обычно, часов в десять. Сейчас ещё минут двадцать и поеду.
— Не приезжай, Кирочка. Не надо.
— Что, простите? — не поняла Кира, но неладное почувствовала совершенно отчëтливо. В голове разом вспыхнули сотни догадок и предположений, и загалдели они так, что в ушах зашумело. — Марта Семëновна, что-то случилось?
— Да. Случилось. Не приезжай, Кирочка. Послушай старуху. Нечего тебе здесь делать.
— А куда же мне… — хотела спросить Кира, но связь оборвалась, и фраза прозвучала в пустоту. — …ехать?
Остаток рабочего дня Кира уже не могла думать ни о чëм другом. Прокручивала в уме все вероятные варианты, что могли случиться и почему такие важные вещи не сообщила тëтя Кристи? Не могла же она ни с того ни с сего обозлиться на племянницу? А что, если Максим надавил на Марту Семëновну? Уже до такого опустился?
Автоконтроллер оповестил Киру об окончании рабочего дня, зачислении зарплаты и штрафе. Каждая минута бездействия была подсчитана и вычтена из оклада в троекратном размере. Вроде бы плохая новость: зарплата и без того крошечная. Но в этот раз Кира даже не взглянула на плашку на мониторе.
Первым делом она выбрала в списке контактов на хэндфоне номер тëти Кристи и прислушалась к гудкам.
Ничего. До самого оповещения, что абонент не отвечает или временно не доступен.
