— В смысле? — выпрямился я, успев натянуть лишь одну штанину. Сердце противно ëкнуло от отчаяния.
— Ну как: либо да, либо нет. Как в анекдоте про блондинок. Знаешь? Какая вероятность, что встретишь на улице динозавра? Пятьдесят на пятьдесят.
— Иси, кончай шутить! — мотнул я головой и принялся за вторую штанину.
Я и без анекдотов чувствовал себя, как на иголках под мечом, повисшим на тоненькой ниточке. Не верилось, что так просто от меня отстанут. Конечно, это всего лишь последствие череды неудач, но сейчас юмор я воспринимал слишком буквально. И хорошо бы никому не пришло в голову отмочить ещё что-нибудь пожëстче. Иначе нервы могут и подвести.
Когда я оделся, Исида провела меня к себе в комнату на первом этаже. Тесноватую для двух человек и больше смахивающую на номер в отеле. Шкаф, встроенный в стену, туалетный столик с двумя ноутбуками вместо косметики. Было ещё кресло, но поначалу я принял его за гору тряпья. Исида небрежно свалила сюда всю свою одежду, но при этом в шкафу висело одно лишь розовое худи с драконом. А вместо окна на одной из стен комнаты была квадратная живая картина с видом на небольшой водопад. Сейчас на ней уже вечерело, на тëмно-синем небе высыпало столько звëзд, что невольно начинал искать среди них созвездия, а песок будто сиял в свете Луны.
Войдя, Исида первым делом прыгнула на кровать и села, по-турецки сложив ноги. А мне осталось разве что на пуфике у стола расположиться. Не разбирать же кресло.
— Итак, — сказал я, потому что надо было что-то сказать. — Ты здесь живëшь.
— Ага. Места маловато, но ничего не поделать. Ты бы меня покусал, если бы встретил в бункере сразу после дела.
Я поморщился, но спорить не стал. Глупо. Именно так бы и было. Я бы устроил скандал и высказал всё, что накопилось. А то и лишнего бы наболтал, о чëм потом бы крепко пожалел.
— И давно ты знакома с местными? — спросил я, не зная, что говорить. Но натянутое молчание вовсе было невыносимо.
— Давно. Слушай, ты правда хочешь в этом копаться? — нахмурилась Исида. — Ну, типа, ничего приятнее не придумал?
— Приятнее? Иси, я только после тяжëлой операции. У меня наркоз ещё не отошëл. Да и потом…
— Короче, заканчивай ныть и иди сюда, — перебила она меня, стягивая кофту.
Возражать мне не захотелось. Увидел хрупкие обнажëнные плечи Исиды, изящное тонкое тело и маленькие аппетитные груди, манящие к поцелуям розовые соски, и мысли мои устремились лишь в одном направлении. Я сорвался с места, бросился на Исиду и повалил на кровать. Впился в неë губами, руку запустил между резинкой еë трико и плоским животом, и нащупал мягкое, нежное, влажное.
После всего, что было, эта близость стала одновременно и расплатой, и благодарностью, и просьбой о прощении. В каждом движении, в каждом поцелуе, блуждая по еë телу, концентрировалось счастье от того, что Исида есть, что она рядом и никуда не делась.
Исида понимала меня. Отвечала на всë и позволяла то, на что раньше соглашалась нехотя. И каждый раз с наслаждением выдыхала, когда я угадывал самые тонкие струны еë тела. Это становилось нотами, они складывались в песню, и не раз та достигала кульминации, потом стихала, но, не прерываясь, плавно текла дальше. То вспыхивала, выбивая дробь кроватными ножками, то с оттяжкой грузно ухала, выдувая воздух из матраца. То замирала, когда истома пронзала тела наши нестерпимым всплеском счастья, от которого и вздохнуть не получалось.
Лишь когда рассвет разлился на картине над неугомонным водопадом, а свежая зелень увлажнилась росой, силы покинули нас. Мы рухнули навзничь и уставились в потолок. Молчали. Тяжело дышали. Слушали друг друга. И уснули, даже не заметив, когда закрыли глаза.
Разбудил меня звонок. Навязчивый, будто зубная боль, он ворвался в мой сладкий неуловимый сон и безжалостно разметал его, оставив послевкусие чего-то приятного на пересохшем языке. Звонил Олег.
— Я сплю, — коротко, вязко разлепая губы, попросил я и сбросил.
Но Олег был настойчив. Мой отказ его как будто только раззадорил. Он позвонил ещё три раза, пока окончательно не прогнал тяжесть в моих веках.
— Ну что ты хочешь? — шёпотом, боясь шелохнуться, спросил я. Исида лежала на моей груди и умилительно сопела. Не хватало ещё еë растрясти.
— Мужик, у нас пипец, какие проблемы, — Олег говорил так, словно собрался бежать в гущу драки, но ещё не решил, с какой стороны заходить.
— Эти проблемы не могут ещё пару часиков подождать? У меня очень тяжëлая ночь выдалась.
— Наш бункер захватили. Это может подождать?
— Повтори-ка. Мне послышалось? — удивился я во весь голос.
Исида проснулась, приподняла голову и сонно промурлыкала:
— Что-то случилось?
— Влад, я тебе всё на месте объясню. Договорились? — предложил Олег.
— Еду, — выпалил я и сбросил звонок. Встал и, наспех одеваясь, обратился уже к Исиде: — Олег звонил. Говорит, бункер захватили. Понятия не имею, что там у него стряслось. Обещал рассказать на месте поподробнее.
— Охренеть можно, — зевнув, прокомментировала Исида и села. Одеваться не стала. Просто смотрела, как я борюсь с носками, и тихонько хихикала.
