– Ох, дочка, что-то неспокойно на сердце. Такая опасная работа. Ведь убить могут… – простонала Капитолина Ивановна.
– Убить везде могут, – твердо возразила Галя. – Только в обычных автокатастрофах по России гибнет каждый год триста пятьдесят тысяч человек. Это официальные данные. А сколько убийств, отравлений, сколько тяжких телесных повреждений, увечий, взрывов, пожаров… Кто-то обязан всему этому противостоять. Вот и работает милиция, уголовный розыск, другие службы.
– Неужели это твое призвание?
– Будем считать, что призвание, – надевая дубленку с капюшоном и вешая на плечо сумочку, заключила Галя очередную дискуссию.
По дороге, около метро, к ней пытались приклеиться слегка подвыпившие молодые люди, предлагая пойти в кино или кафе. Оба были допустимо настойчивы, но вежливы. Третий претендент на обретение ее общества, высокий, дорого одетый мужчина лет сорока, подошел у остановки троллейбуса. Говорил с акцентом; пожалуй, чех или немец.
– Я имею приглашать вас в клуб «Сакратос». Потом ко мне в отель. Ресторан люкс, легкий ужин. Конечно, я всё плачу. Отдельно сексуальные услуги. Триста баксов.
– Я очень спешу, – не сердясь, отказалась Галя.
– Франтишек понял. Четыреста долларов и французский духи на подарок.
– У меня работа в лаборатории.
– Экскъюз ми. Извиняйте. Вы не есть ночная бабочка?
– Я дневная, – остроумно ответила старший лейтенант.
Перейдя тускло освещенный сквер, Галя приблизилась к небольшому зданию. Стены его пестрели вывесками модельных мастерских и магазинов, расположенных на двух этажах. Конечно, они были закрыты, но рядом, под ярким сиреневым фонарем стоял приглашающе оформленный стенд. На его четырех углах попеременно вспыхивали и гасли бриллиантовые звездочки.
Кафе «5 ИСКУШЕНИЙ» работало с пятницы на субботу и с субботы на воскресенье в особом режиме. Остальные дни – просто кафе с разнообразным «молодежным» меню. В указанные ночи предлагалась секс-программа.
«Сегодня пятница, – вспомнила Галя. – Значит, Валентин выступает в секс-программе. Ну и жук… Хотя – его дело барабаны». На стенде прихотливо изогнувшимися буквами значилось: «Музыкальные номера. Мужской стриптиз, мистер Алекс. Шоу веселых толстушек. В заключение развратный девичник».
– Почему мужской стриптиз? – почти вслух удивилась Галя. – А если «5 ИСКУШЕНИЙ» это «Золотая лилия» наоборот? Но тут же и толстушки…
Вход в кафе оказался за углом, в подвальном помещении. Напротив, двумя рядами, автомобили приехавших к «ИСКУШЕНИЯМ». Света было недостаточно. Неподвижные тени лежали на блестящих поверхностях. Галя почему-то задержала взгляд на одном из авто. Почудилось, что она уже видела его где-то. Цвет сейчас трудно было определить, стекла тонированные – ничего не разберешь. Столько событий произошло за последние недели, в том числе не исключающих интерес сыщика к автомобилям.
Галя помедлила, но не сумела найти в памяти что-либо определенное. Еще раз оглянулась, вздохнула и сошла в подвальчик.
Лестница круто падала в маленький вестибюль, там же были гардероб с туалетом. Под узорчатыми портьерами прятался вход в администрацию и служебные помещения. А с противоположной стороны, из-за стеклянных панелей изливалась томная галлюциногенная музыка и угадывались силуэты посетителей. На стене фотоснимки показывали четырех весьма упитанных женщин. Они, по-видимому, озорно отплясывали, задирая толстые ноги, и представляли обозрению то, что прикрывали детские юбочки с кружевами. Под юбочками ничего надето не было. Галя фыркнула: невольно воссоздались знакомые картины барыбинского варьете.
Тут перед ней явился Белкин в своем обычном виде – джинсах и свитере.
– Так… – хитро сощурила глаза девушка. – В сексуальных программах участвуете, господин Белкин?
– Извини, что не встретил, – Валентин явно волновался, взгляд его беспокойно скользнул сверху до низу Галиной фигуры и скачками заметался по сторонам. – Выглядишь потрясающе. Жаль, мне надо работать. Хорошо бы посидеть с тобой за столом. Кстати, всё оплачено. Ни о чем не думай. Раздевайся, садись за тот, с самого края.
– Валя, возьми этот телефон, – неожиданно сказала старший лейтенант Михайлова, доставая из сумочки лоскуток бумаги с мобильным номером Сидорина. – Если что – позвони и объясни ситуацию.
– Да что с тобой! Ты сегодня какая-то странная… Заболела, что ли? – удивился Белкин и побледнел. – Плохо себя чувствуешь?
– В общем, обещай позвонить. Да, чувствую что-то не очень…
– Ну, хорошо, – пожимая плечами, пообещал Валентин, – обязательно позвоню. Сиди, я в следующем перерыве подойду.
Белкин исчез. К Гале подбежала женщина лет тридцати с льстивым потасканным лицом. Взгляд близорукий, фальшивый, мелкие черты слегка перекошены.
– Давайте дубленочку. Ваш жетончик. Проходите, пожалуйста, столик заказан. Знаете?
Галя присела у стены. В середине ее стола был букет хризантем, три непочатые бутылки, ваза с пирожными.
