Чернижка уставился на меня с искривлённым от боли лицом. Я уже собираюсь отвести глаза на дорогу и что-то промямлить, но не успеваю этого сделать. За долю секунды от глаз Чернижки остаётся половина разворошённой головы, а меня заливает кровью, мозгами и осколками. Я упал, бросив тело Чернижки, которое, падая, заработало ещё две дырки в теле. Ужас обуял меня, я начал трогать своё лицо, полностью умытое текущей кровью, и не мог понять, только ли это его кровь, или же осколки прорубили в моей коже сильно жгущие фонтанчики. Взрывы звучали всё ближе, а гитара Метал-Бога будто спустилась и начала играть прямиком мне в ухо. Я начал кричать, пытаясь забить себе рот мокрой грязной землей. К моим глазам подкатился только что прилетевший из ниоткуда глаз Чернижки, его яблоко смотрело прямо на меня. Вот мы и встретились снова. Я выблевал ещё непереваренную землю, смешанную с утренней похлёбкой. Барабаны и гитара начали отбивать ритм скаковых лошадей, мимо меня проскочила группа воителей на стальконях и несколько вурдалаков на гнилых мёртвых конях. Я увернулся. Снаряд экосинтезатора разорвался метрах в двадцати и оглушил меня. Ещё один снаряд подхватил осколок разрушенной повозки и направил его в мою сторону. Подставив стальную руку, я избежал смерти, рука разломала осколок в щепки, но сама же забарахлила и начала постукивать меня током. Да какая лажа, мне же её недавно починили.
- Серогрусть! - услышал я голос Сердоболи.
Я обернулся. Шеренги обеих сторон превратились в месиво. Мертвяки прорвались через оборону Братьев, и теперь в ближнем бою обменивались ударами с владельцами мечёвок. Братья зажали мертвецов сзади, но их уже, в свою очередь, зажали упыри, по какой-то причине, видимо из-за малого количества патрон, переведшие свои мечёвки в ближнебойный режим и с воплями влетели в этот кровавый бутерброд. А на меня поскакал вурдалак на своём сраном коне, уже замахнувшись кривым, похожем на молнию, костяно-железным мечом. С неба начал играть соляк. Своей живой рукой я выхватил секачет и шмальнул в рожу коню две пули. Коня понесло, и он пролетел мимо, скинув со своего повторно помирающего тела вурдалака. Мы оба быстро встали, вурдалак злобно заорал, закинув голову вверх, оскалив свои зубы и раскинув руки. Я в недоумении пожал плечами и выстрелил три пули в его тушку. Вурдалак упал на колено, посмотрел на меня кровавым ртом, и резко побежал в мою сторону. Я быстро начал засовывать хотя бы один патрон, но вурдалаку на ходу поплохело, он остановился почти передо мной и упал замертво. Я обернулся в сторону Сердоболи, который, как многие другие воители, будил жрецов, чтобы те отошли на более дальнее расстояние. Земля была распотрошена и залита кровью. В грязи нашёл свою мечёвку, схватил её и бегом направился искать друзей. Вокруг меня начал кружиться Злыня в теле Смугра, направляя в нужную сторону.
- Где Тобиас? - прокричал я, насколько можно громко, Сердоболи, и он в этой вакханалии даже услышал меня.
- Там. - указал он куда-то в левую сторону. - Далеко. Меня отбросило волной. - объяснил он мне своё пребывание тут.
В сумбуре схватки я увидел Тёмногоня, отбивающегося мечёвкой с другими мечёвконосцами. Смугр полетел в сторону одной из воздушных битв. Наотмашь ударив мертвеца с открытой половиной облюбованных червями мозга и разрубив его головной остаток ещё наполовину, я вклинился в бой, оказавшись плечом к плечу с Тёмногонем.
- Где Черногоре с Дубобитом?
- Чёрт их знает. - откинув дреды назад и контратаковав чистого скелета с дырками вместо глаз, ответил Тёмногонь. - Где-то впереди. Как Чернижка?
- Мёртв. - я пнул со всей ненавистью наседающего на меня мертвеца, вспомнив о Чернижке, и проткнул нежить в искромсанное место, где когда-то была грудь.
- Твою...
Тёмногонь завис прямо во время боя. Я быстро блокировал летящий в него топор. Я знаю, как он любил Чернижку. Я тоже его любил. Но сейчас не время...
- А ведь он собирался уходить из войска... И на тебе...
Тёмногонь развернулся и, опустив голову, медленным задумчивым шагом пошёл с поле боя, а между ним и впереди него громыхали взрывы, летали тела, бежали с разных сторон бригады-помощники, то относившие куда-то раненых, то несущие коробки с припасами.
- Блять, ты куда пошёл? Эй! - кричал я, оборачиваясь назад и отбиваясь от двух мертвецов одновременно. - Чо за приколы? Мы что, в драме какой-то, э-э-э?
Но Тёмногонь только периодически покачивал головой и шёл дальше, упершись глазами в землю.
- Охрененно? - спросил я, обращаясь к мертвецу с обугленным лицом.
- Г-м-м-м. - остановившись, пробасил мертвец.
Я помотал головой, и снёс голову мертвецу ударом мечёвки снизу вверх, увернулся от топора и, достав секачет, наугад выстрелил единственным в нём патроном, попав нападавшему в живот.
-«Итсач ан елоп виледзар норотс оклоксен ястетелзар»... - басом просипел голос Кощея по всему полю брани.
