- Моран, продолжай. - сопящим голосом повелел Кощей XVII всаднику. - Эшуу, убей. - также поднял он боевой дух противнику Черногоря.
Эшуу с утроенной скоростью начал опрокидывать удары на Черногоре, а мы со Злыней навалились на Кощея. Его удары были настолько быстрыми и отточенными, что мы еле справлялись.
- Серогрусть, осторожно. - прокричал Злыня.
Я обернулся. На меня летел всадник Моран. Кощей, воспользовавшись моментом, пнул меня своим железным сапогом в живот, чтобы я потерял равновесие. Воспользовавшись пружинистой способностью стальной ноги, я всё же смог в последний момент отпрыгнуть от всадника и распластаться на земле. Всадник поскакал в новый заход, Злыня отвлекал Кощея XVII своей палкой, кинжалом, и вовремя подлетевшим Смугром, а я, воспользовавшись моментом, достал секачет с последним заряженным патроном и нацелился на врага Черногоря, который уже нанёс моему другу несколько полосованных ран. Черногоре тоже подскользнулся на мокрой земле и упал на задницу, но продолжал отбивать удары. Целился я долго. Копыта уже приближались. Единственный шанс... Выстрел, и сразу кувырок в сторону. Всадник снова промахнулся и, судя по его выкрикам, был этим очень недоволен. Черногоре, воспользовавшись оттолкнувшей врага пулей в грудь, одним ударом обрубил Эшуу то, что раньше было икрами ног и, быстро встав, вонзил в пробитую грудь врага мечельбу, остановив падение некроманта. Так Эшуу и повис на мечельбе, без ног.
Кощей с болью утробно прокричал, откинув Злыню и Смугра, пробежал мимо меня и на ходу, в прыжке, вознил свой острый меч в бок Черногорю.
- Не-е-е-ет. - закричал Злыня. И побежал в сторону Кощея. Тот, криком позвав свою похрамывающую лошадь, быстро запрыгнул на неё, пришпорил и поскакал прочь. Я отвлёкся на скачущего в мою сторону всадника. Точно выставив мечёвку, я парировал удар его меча, так что всадник, уже совсем негодуя, из принципа начал снова набирать скорость для очередного удара. Воспользовавшись моментом, моя израненная тушка подбежала к Черногорю и Злыне, державшего голову брата на колене.
- Сука, прямо в больное место. - отхаркивая кровью, проговорил Черногоре.
- Где твоя скулька? - с наворачивающимися слезами на глазах говорил Злыня. - Или адреналин. Или...
Черногоре остановил копошащиеся в его карманах руки друга. Затем, угасающими глазами, он посмотрел в глаза Злыни, затем в мои, и снова, и снова, будто желая как можно сильнее рассмотреть их.
- Нам ещё Дубобита надо забрать. - сказал, отплёвывая слёзы, Злыня. - А тебе лично ещё нужно выполнить норматив в шестьдесят пять тысяч семьсот литров.
- Ты так и не взял реванш после той игры за грибнухой. - слабо ухмыльнулся Черногоре. У меня задрожали губы.
Черногоре посмотрел на небо. Грустная баллада играла сверху. Он откашлялся, схватившись за бок.
- Живите не ради чего-то... - он снова начала тяжело смотреть на нас. - Живите вопреки. Сладкомира...
Его взгляд устремился между нами и потух. Навсегда. Больше мы не услышим его голоса. Не услышим его шуток. Больше у нас никогда не будет такого искреннего, честного и верного друга.
Злыня закричал полным горечи и скорби воплем. Он кричал и рыдал. Его голова без сил упала на грудь Черногоря. Тело всё тряслось. По моим щекам текли горячие слёзы. Я просто смотрел на мёртвое лицо Черногоря. Тупо смотрел. Весь мир потух, рухнул на мгновение. Будто часть меня отмерла. И вот я снова слышу топот приближающегося коня. Злыня, вобрав всю злобу, с ненавистью в глазах поднял лицо, метнул кинжал во всадника, попав в голову, пробив шлем. Конь слегка замедлился, а Моран выпал из седла. Злыня на ходу схватился за коня и кое-как, с горем пополам, оседлал его. Конь встрепенулся, попытался скинуть Злыню, но всё же поддался и успокоился. Развернув его, он направился в нашу с мёртвым Черногорем сторону и, полный гнева, прокричал:
- Садись. Догоним эту суку.
Я вытер лицо. В последний раз посмотрел на Черногоре. Прощай, брат. Я положил свою руку на его лицо и закрыл ему веки.
Бой был окончен. Небеса утихали. Кощей XVII, потеряв множество рабов и свою главную свиту, скакал в сторону Бессмертия. Бой был выигран, ценой тысячи жизней. Это место войдёт в историю как самое кровавое и тяжёлое побоище за последние десятки, а то и сотни лет. Но нам это было уже не важно. Мы торопились отомстить за своего брата.
Несколько часов мы преследовали Кощея XVII. Я вёл костяного коня, а Злыня, каким-то неведомым мне образом, удерживался в седле, сознанием находясь в Смугре, и сверху указывал мне, куда скакать. Конь Кощея, хоть и после удара палкой слегка похрамывал, всё же был быстр. Но мы были быстрее. Немного. Потихоньку догоняли преследуемого. Ну, я на это надеюсь.
