— Да-да, все свои, так что готовим доклад, — приобняла полукровку за попу Лей Каа и потащила к книжкам. — Без нас эта троица ни на что негодна. Эй, слушайте режиссёра, начинайте выступление. Эльфийка всё равно будет завершать. Остынет, вернётся, иначе её след омрачится провалом и предательством!
— Не запятнаешь! — возмущённо топнула в дверном проёме Таниэль и хмуро вернулась к нам.
Я же проверял свою плоть, никакого напряжения не осталось, осколки рёбер срослись в этот раз без бугров и неровностей. Сердце так же работало ритмично и гладко.
Дальше мы зачитали свой доклад несколько раз, слушая в перерывах:
— Не верю! Всё заново! Глаша, ну скажи ты им, фальшивят! Особенно Орехов и Танька, они вообще душу не вкладывают. Не-Ве-Рю! — сокрушалась Лей Каа каждый раз.
— А Ту Ла? — вопросительно повернулась к ней брюнетка.
— Тоже фальшивит, но пытается, — проворчал самозваный «режиссёр».
И да, гномочка-блондинка зачитывала доклад о пристрастиях орков с придыханием, огнём в глазах и трагичным голосом.
— И вот, орки готовы костьми лечь ради одной ночи любви с любимыми самками!.. *пауза для аплодисментов*.. Всё ради процветания жизни на земле, всё ради продолжения рода! Ох, вот это страсть! — разглагольствовала блондинка, нацепившая какую-то зелёную одежду.
Хм, она сейчас очень похожа на лепрекона, русские гномы, вроде бы, по этой ветке почти не развиваются. Однако та должна приносить удачу в виде совпадения теории вероятностей в пользу цели.
Надо потом будет спросить. Хотя зачем ждать?
— Кстати, раз мы тут про орков, моя жена — императорская орчиха, а вы по каким ветвям пошли? — Спросил я, выждав паузу.
— Я человек, я не слышала священного голоса, — выдохнула Глаша.
— Эх, я слабенькая, просто волшебница воды, даже без целительского начала, — проворчала русоволосая.
— Потому она и «Лейка»! Хи-хи, — усмехнулась Ту Ла.
— Да,
— А я тоже не слышала голоса, потому и ущербная, потому меня бабушка и отослала к людям, — промямлила Таниэль.
— Вышак без пути? Охренеть! — Выдохнули гномихи.
— Не расстраивайся, с этим можно жить, — подошла и успокоила сероволосую Глаша.
— Эй, человек, такое спрашивать вообще неприлично! Взял и всю атмосферу убил, Гнилой! — ехидно произнесла Лей Каа.
— Да! Как так можно, ты бы ещё про возраст спросил! — возмутилась Ту Ла.
— А что спрашивать? Глаше тридцать, тебе около пятидесяти, подружка чуть старше, а Таниэль сто десять. Когда вывешивают результаты тестов, там так же номер учащегося, а в нём год рождения, — произнёс я. — Что не так, все мы тут взрослые люди.
— Никакого такта, — пробормотала Лей Каа.
— Чего взять с малолетки, поэтому-то люди такие странные, — помотала головой Ту Ла.
— Понял, больная тема. Но вы, вроде бы, молодые все, что переживать? — не понял я.
— Ладно, девочки, пойдём. Пусть Орехов подумает о своём поведении и ошибках! Хм! — Заявила Лей Каа.
— Хм! — выдохнула её подружка.
Глаша и Таниэль просто молча ушли.
Ну, раньше закончили, вот и хорошо.
Я пошёл в столовую и очень плотно поел жирной пищи.
Впереди у меня был весьма прохладный денёк. Минимум один при хорошем раскладе.
Занятия по субботам были у нас через неделю, да и там ничего важного на мой взгляд не происходило. Просто скучные лекции.
Сейчас было два дня полной свободы. Так что я собрался провести две или даже три попытки по созданию кристалла разума. Вопрос только в том, сколько протянет моя слабая плоть.
Я выбрал купель с наибольшим слоем пыли, похоже, за три недели тут никого не было, даже уборщика. А вот в другом месте, где ещё была баня, было чистенько. В третьем так даже в момент проверки пара зверолюдей оказалась. Так что выбора практически и не было.
Вперёд, в пыль!
Я разделся, прошёл в душевую кабину в самом начале, здесь не было дверцы, зато напор был самым сильным. Врубил самую тёплую воду и ошпаривал минут пять поверхность, только после этого переключил на холодную воду, а сам встал под неё.
В теории под водопадом лучше сидеть, скрестив ноги, полностью расслабившись, однако здесь это было весьма сомнительно. Дело даже не в пыли, а в форме нижней части этой кабинки, которая представляла собой крупную раковину или вернее небольшую ванночку.
Даже с небольшим телом Олежи, я не сумел бы нормально здесь сесть.
Хотя будь я Ткачом, мне тут вообще было бы неудобно. Привычное для меня тело всё же было гораздо крупнее. Возможно, я бы даже не сумел в этом помещении выпрямиться.
Ну, по крайней мере, переродился не червяком или каким-то выхухолем.
Сейчас холод моей новой плоти был уже не столь страшен, как в самом начале. Но всё равно это было до сих пор неприятно для этого нежного тела.
Ледяная вода обжигала, бодрила и вызывала ноющее ощущение.
Но самое главное — смывала все лишние мысли.
Я проверил внутренний сад, там снова было пусто.
Ну, сейчас это было неважно.
Я медленно начал поглощать энергию воздуха, запирая её в собственный объём внутри ауры.
