— Значит, ты видишь то же, что и я, — подвела итог Мира. — Здесь больше нечего спасать.
— Ты не прав...
Закончить слова мне не дала внезапная вспышка боли, пронзившая организм до самого основания. Я не сразу понял в чём дело, только когда опустил взгляд вниз. Кинжал, явно не из нашего мира, торчал из моего тела, вонзившись куда-то в район сердца. В боевой обстановке реакция меня не подводила, а здесь я просто не ожидал ничего подобного. Думал насчет возмущений, истерик и тому подобного, но никак не представлял, что они будут с занесением в грудную клетку. Боль была нестерпима, но она скорее имела эмоциональный окрас, чем физический.
— Ты дал мне меньше, чем я хотела, но больше, чем заслуживала, — прошептала Мира и толчком ладони скинула с парапета вниз.
Я падал с крыши и смотрел в лицо девушки, которая мне нравилась. Лететь было совсем недолго, но для меня это растянулось в вечность. Непонимание, немного злости, растерянность — лишь малый набор захлестывающих чувств.
Удар об землю прошёл практически безболезненно. Я был слишком в шоке от неожиданного предательства. Лишь оглушительный хруст ломающегося тела резанул обострённый слух. Сознание стремительно угасало и только женский силуэт наверху не давал уйти в забытье. Мира смотрела вниз, но я уже больше не мог разглядеть еë лица. Такого желанного и настолько же ненавистного сейчас. На глаза накатывала кровавая пелена, закрывающая обзор. Мир вокруг окрашивался в красный монохром. Хотелось подняться и выяснить что же случилось, восстановить правильность событий, но тело больше не слушалось. Только лишь источник внутри рвался наружу, обещая уничтожить ту, что была виновата в произошедшем. Порвать весь мир на кусочки и забрать всё, что нам причиталось по праву сильного.
— Ой, да заткнись ты!- Прикрикнул я на него и отключился.
Мне снился очень странный сон, сильно похожий на реальность. В нём я почему-то лежал на земле и смотрел в небо. Солнце так приятно пригревало, давно не чувствовал себя так хорошо. Совсем не хотелось шевелиться, лишь раствориться в таком обволакивающем тепле. Вот появилась тень, загородившая мне свет, похожая на кого-то сильно знакомого. Я попробовал возмущаться и отогнать силуэт, создававший неудобства, но у меня ничего не вышло. Девушка, обладавшая длинными светлыми волосами и острыми ушами что-то кричала, но смысл ускользал. Вот меня подняли и куда-то понесли. Я слышал успокаивающий, приятный шёпот. Некто волновался, старался меня приободрить. Я хотел ответить и заверить в том, что всё в порядке, но язык не слушался. Удалось лишь промычать нечто невнятное.
Сцена сна переключилась, а в следующей пришла боль. Мучитель, обладающий скрипучим голосом и стойким запахом перегара, зачем-то вонзал в меня иглы, протягивая нить через мою плоть. Я хотел кричать, но мешала деревяшка, зажатая между моими зубами. Этот неизвестный палач поплатится за свои действия! Я вырву ему руки и ноги, а потом поменяю местами, воткнув как попало! Вот только переживу всё происходящее! Обязательно займусь!
— Убью, выродок! — схватил я своего истязателя.
Множество рук навалились сверху и прижали к поверхности, на которой лежал. Они пытались меня сдержать, но куда подобным слабакам было совладать с моей новоприобретённой силой!? Я рвался достать их всех. Ублюдки хотели моей смерти, хотели лишить возможности существовать.
— Порешу всех вас!
Я стремился вырываться, рычал, даже укусил кого-то, но в какой-то момент боль стала нестерпимой и сознание вновь ускользнуло. Возможно, этому поспособствовал острый укол в плечо от шприца и введенное непонятное вещество. Я пребывал где-то во тьме и чувствовал лишь лёгкие прикосновения. Кто-то аккуратно брал меня за руку и гладил по лбу, шепча приятным тембром. Голос звал вернуться, очнуться. Не оставлять в одиночестве, не уходить дальше. Он говорил, что там больше ничего нет, в конце пути лишь холод и отчаяние. Уговаривал остаться, жить, гореть тем, что дорого. Наверное, нечто подобное доводилось чувствовать лишь в далёком детстве, дома. Когда после очередной драки, побитый, но непобеждённый, я лежал на коленях у матери. Она была строгой, но справедливой, а самое главное, всегда поддерживала меня. Успокоенный приятными воспоминаниями, я окончательно отдался забытью и умиротворению.
Пробуждение вышло быстрым, но достаточно жёстким, наполненным целой гаммой неприятных ощущений. Я открыл глаза и увидел над собой знакомый потолок медпункта. Обшарпанный, облезший, но уже ставший родным из-за всех тех случаев, когда Доку приходилось меня чинить после очередной вылазки. Вот значит кого я обещал убить, пребывая в полушоковом состоянии. Надо будет в качестве извинений принести ему бутылочку чего-нибудь крепкого и редкого. Сан Саныч много прощал за презент в качестве выдержанного алкоголя. Собрал-таки снова, врач по призванию. Вот уж кто точно остаётся непризнанным героем, спасая жизни.
