Чудовище верещало и всхлипывало женским голосом, нагоняя жути. Оно постепенно смещалось в сторону, намереваясь сбежать со своим будущим обедом. Нужно было как-то менять ситуацию, и я решился на то, чего мне совсем не хотелось делать. Это страшилище вызывало у меня дикое омерзение.
Я метнул топор вперёд и сам бросился за ним. Щупальце ударило меня по лицу, едва не свернув шею. Второе попало в колено, сбивая с ног, но я всё же смог ухватиться руками за основную массу и тут же начал выкачивать энергию. Монстр отчаянно сопротивлялся и пытался оторвать меня. Хлестал по телу отростками, но я не отпускал, держась из всех доступных сил. Когда предел выносливости уже почти был достигнут, раздался ещё один выстрел. Тяжёлая пуля снесла чудовищу половину черепа, обдав меня смесью крови и мозгов.
Туша монстра обмякла, падая на пол сдохшим осьминогом. Фёдор поставил решительную точку в этом противостоянии.
Я опустился на колени в том же месте, где и стоял. Меня мутило от гадостной энергии, а всё тело ломило, словно его пропустили через миксер. Фëдор тоже с большим трудом спихнул тушу монстра в сторону. Мы встретились с парнем глазами, оба изрядно помятые, но живые.
Бой дался не так легко, как мне думалось изначально. Я планировал выследить недобитое чудище и всего пару раз его пнуть до момента кончины. Реальность оказалась гораздо более опасной. Как обычно. Живучесть некоторых тварей превосходила все ожидания. Как будто только человек остался максимально не приспособленным к изменившимся реалиям мира. Одна неудачная дырка в теле — и уже труп. Хрупкий, слабый, не имеющий естественной защиты вид, выживший только благодаря способности к приспособлению, и обладающий чуть большим интеллектом и хитростью. Ну и, может, более удачливый.
Совместными усилиями мы превратили видавшее виды помещение в нечто совсем уж непотребное. Раскрасили пол, стены, потеками крови и слизи. Ещё и отрубленные щупальца разбросали, перемешав с кусками мозгов. Годами ранее, даже смогли бы выдать это за креативное пространство и заработать денег на неординарном интерьере. Кто-то же писал картины половыми органами и подавал их как искусство. Наше творчество вышло ничем не хуже — даже натуралистичнее, учитывая реальное происхождение объектов. Свежатина во всей красе!
— Думаю, мы освободили её от страданий.
Цинизм позволял мне находиться в здравом уме, даже в столь неприглядных обстоятельствах. Деформация по роду деятельности. Иначе бы моя кукуха давно сказала «до свидания», и улетела в тёплые края, искать более адекватную личность. Способ психологической защиты, выработанный на интуитивном уровне.
Я скинул с Фёдора ошмётки умершей твари, и мы вместе пошли на выход. Обсуждать произошедшее не хотелось нам обоим. Подумаешь, его едва не захватил в рабство тентаклевый монстр. Такое я видел только в фантазиях жителей страны восходящего солнца. Правда, там был совсем не гастрономический подтекст, а фансервисно-сексуальный. Наш бравый стражник едва ли тянул на образ обворожительной девушки, которую застали врасплох липкие обстоятельства. Но и на него бы нашлись любители, если задуматься.
Пока мы творили добро посредством физического насилия, демократии и прочих средств агрессии, другая часть команды тоже не сидела на месте и собиралась в дальнейший путь. В этом мы смогли убедиться, когда вошли в ангар, ставший для нас временным домом. Они пожитки собрали, костёр затушили, даже вооружились и ждали нас с максимально серьёзными лицами, насколько это вообще возможно в столь разношёрстной группе. Подумаешь, зелёная дылда — мастер спорта по самому большому бицепсу, миловидный подросток с красноречивыми ушами, и ловелас, уверенный в собственной неотразимости. И про последнего персонажа — я даже не о себе думал. Моя харизма находилась в других плоскостях реальности.
— Разобрались. Умоемся и двигаем дальше, — ответил я на висевший в воздухе вопрос, и подхватил с пола бутылку воды.
Мне хотелось смыть с себя все события этого утра. Благо, хоть дождь помогал. Как себя чувствовал Фёдор, даже представлять не хотелось — ведь ему достался самый непосредственный контакт с монстром. Прочувствовал на себе взаимодействие разных видов, со всеми вытекающими. В прямом смысле этого выражения.
Аня заботливо помогла мне умыться, сливая воду на руки, и протёрла остатки крови, которые я пропустил. Правда, для этого мне пришлось присесть. Эльфийка не дотягивалась из-за своего небольшого роста. Даже принесла чистую, сухую майку — переодеться. Удерживала за собой место главной фаворитки, не иначе. Фёдору такого внимания не проявили и ему пришлось справляться самому. Хотя, парень всё ещё пребывал в полушоковом состоянии и мало волновался об окружающем мире и своём внешнем виде.
