Но вот какие главные значения этих иероглифов мы видим в Словаре. Лин – «приказ», «указание», устаревшее – «начальник», «приказывать» (БКРС № 15263 вм. № 3363); сэ – «иметь недовольный вид», «делать гримасу», «вымещать гнев» (БКРС № 12254). Но при этом в этой же статье Словаря, но только немного ниже, тот же иероглиф сэ имеет значение «делать довольную мину». Парадокс! Как это понять? Два взаимоисключающих значения для одного и того же иероглифа стоят рядом, ничуть не смущаясь такого нелепого соседства. И чем это можно объяснить? Кстати, и для иероглифа лин тоже появилось более позднее его значение – «хороший», «прекрасный», «добрый».
Соединив эти поздние значения для обоих иероглифов, получаем традиционный перевод выражения лин сэ, основанный на мнимом «человеколюбии»: «делать добрую, приятную мину [лица]». Кстати сказать, этот пример наглядно показывает, ка́к для особо важных целей (государственных, политических или идеологических) «белое» можно сделать «черным» и наоборот: известному иероглифу придается диаметрально противоположное значение. Но в таком случае – о каком его «графическом содержании» или о каком «смысле его рисунка» можно вообще вести речь?. Однако даже сам рисунок этого сегодняшнего иероглифа сэ похож на «чёрта», и разумный человек никогда не ошибется, глядя на его «устрашающий вид». Древние китайцы, в противоположность своим более поздним потомкам, четко отслеживали связь между графикой и смысловым содержанием иероглифа.
В качестве подтверждения правильности нашего перевода приведем слова Христа из Евангелия от Матфея (Мф.6:16):
Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры; ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися.
Речь в евангельском тексте и в Лунь юе идет о тех же самых духовных процессах: если человек действительно углубляется в самого себя, он никогда не будет иметь «человеколюбивую» физиономию. А подлинное Жэнь – это и есть углубление в самого себя, наподобие монашеского. Но такое свое состояние подлинный человек-Жэнь никогда не станет показывать людям. Когда этот человек пребывает в обществе, – он будет всячески скрывать свой внутренний мир от посторонних, стараясь ни в чем не отличаться от окружающих. И только молодые послушники-чернецы могут бегать по монастырскому двору с мрачным видом, оглядываясь по сторонам и нарочито теребя в руках четки на глазах сомлевших от такого благообразного зрелища полногрудых мирянок, пришедших в монастырский храм помолиться.
И при этом мы не можем представить себе нашего Серафима Саровского с вечно «приятной миной» на лице, и то же самое можно сказать о человеке, практикующем Жэнь. Но для человеколюбивого, причем, в подлинном смысле этого слова, как раз и характерно доброе и отзывчивое выражение лица. Данное высказывание Учителя Китая однозначно свидетельствует о том, что его ученики интуитивно воспринимали эту загадочную категорию Жэнь более правильно, чем, скажем, те же китайцы, но уже через 100 лет. Ученики прекрасно осознавали, что речь идет о духовных вещах, а отсюда – «суровый», «мрачный», «хмурый» вид такого человека.
Кстати сказать, Конфуций обличает здесь не только внешний вид и речи такого псевдо-Жэнь. Он очень точно подметил и еще одну черту людей подобного сорта. Они начинают «поучать» окружающих и знакомых особым «менторским тоном», не терпящем возражений, становясь, таким образом, как бы «начальниками». Вспомним тех мирских помощниц батюшек, которые следят в храме за подсвечниками и убирают свечные огарки. Они, эти женщины, всё «знают» лучше самих священников и готовы поучать божественным истинам любого. И если бы Сам Спаситель вдруг предстал перед ними в своем смиренном невзрачном виде, они бы и Его тоже стали учить евангельским заповедям. Это суждение косвенно свидетельствует о том, что Конфуций – это тонкий психолог человеческих душ.
Подытожим сказанное. Так почему же, все-таки, осуждается тот подвижнический «хмурый вид» человека, который действительно соответствует истинному состоянию Жэнь? Нет, не осуждается. Осуждаются те «виртуозные» и «начальственные» речи, которые, как правило, являются результатом начетничества и внешнего копирования: такой человек, как петух перед курицами, старается «показать себя» человеком-Жэнь и удовлетворить тем самым свои внутренние амбиции. Он старается имитировать человека-Жэнь.
