Отстраниться в данной ситуации было, по меньшей мере, невежливо, поэтому я подчинился, с интересом наблюдая за развитием событий. Некоторое время мы сидели молча. Мерцающий свет от одной единственной горящей свечи придавал комнате и моим спутницам чрезвычайно таинственный вид. Затем в воздухе произошло какое-то движение, как будто где-то рядом распахнули окно, отчего, признаюсь, мне стало немного не по себе.
— Я чувствую! — неожиданно низким голосом провозгласила Маша, вызвав облегченный вздох у моей жены.
— Духи здесь… — прошептала она.
В этот момент стоящий, между нами, стол немного покачнулся и стал медленно поворачиваться против часовой стрелки. Мария и Александра Иосифовна восприняли это как должное, я же продолжал хранить молчание, начиная понемногу понимать, что здесь творится.
— Зачем вы звали нас? — все тем же неестественным голосом спросила фрейлина, очевидно, взяв на себя связь с потусторонними силами.
— Позволено ли будет задать вам вопрос? — несмело вопросила великая княгиня.
— Кого вы хотите слышать?
— Королеву Франции Марию Антуанетту!
— Спрашивайте, она здесь!
— Дух Марии Антуанетты, — нараспев начала жена, — скажи, скоро ли окончится эта война?
Пару минут наш медиум молчал, по всей видимости, ожидая ответ от души обезглавленной королевы.
— Много дней пройдет, — начала, наконец, Маша, все тем же замогильным голосом, — прежде чем земля и вода насытятся кровью. Многие сгинут в морской пучине, а иные же окажутся в могилах!
Судя по всему, мадемуазель Анненкова могла бы с лёгкостью стать пифией в храме Аполлона в Дельфах, славящихся как раз такими двусмысленными ответами. А вот Александра Иосифовна, кажется, едва не впала в экстаз.
— Костя, хочешь спросить что-нибудь? — лихорадочно блестя глазами, спросила она меня.
— Конечно.
— Спрашивай!
— Скажите, мадам, — постаравшись остаться серьезным, начал я, — правда ли, что, когда вам доложили, что у парижских санкюлотов нет хлеба, ваше величество посоветовали им есть пирожные?
Некоторое время все присутствующие молчали, и я было подумал, что Мария Антуанетта никак не может собраться с мыслями. Как вдруг вскочившая со своего места Анненкова начала завывать.
— Она обиделась! Она ушла! Вы ее оскорбили! С духами так нельзя!
— Машенька, милая, успокойся, все хорошо! — хлопотала вокруг нее жена, время от времени бросая на меня не слишком ласковые взгляды.
Я же тем временем поднялся со своего места и, взяв в руки все еще горящую свечу, начал зажигать остальные. Наконец в салоне стало достаточно светло, после чего фрейлина так же неожиданно пришла в себя.
— Что случилось? — уже обычным для восемнадцатилетней девушки голосом спросила она.
— Слава Богу, — с явным облегчением вздохнула великая княгиня. — Ты вернулась…
— Как все прошло? — наивно хлопая глазками, поинтересовалась она, переводя взгляд то на меня, то на Александру.
— Кажется, вызванная нами особа, — хмыкнул я, невольно восхищаясь актерским мастерством юной мошенницы, — была несколько не в духе и не захотела общаться.
— Мне очень жаль…
— А уж мне-то как, мадемуазель. Впрочем, раз уж у меня не получилось переговорить с Марией Антуанеттой, быть может, получится перекинуться парой слов с твоим батюшкой? Скажем, завтра же утром!
— Помилуйте, ваше императорское высочество, как же я передам ему вашу волю?
— Полагаю, при таких способностях это не будет проблемой. Вызови дух скорохода Палладия [1], да и дело с концом. Если уж он от Константинополя до Ктесифона [2] за три дня добирался, то уж по Петербургу за ночь по-всякому обернется.
— Как ты можешь? — растерянно посмотрела на меня супруга, но я не стал отменять свой приказ. Стоит ли упоминать, что в ту ночь я спал один?
Увы, но мошенники существовали всегда. Пророки, гадалки, теперь вот еще и медиумы, — еще долго будут наживаться на легковерных людях. Середина XIX века стала расцветом спиритизма, причем им увлекались не только скучающие барыни, но и серьезные политики, вроде того же Наполеона III, и даже некоторые ученые. Моя же дорогая Санни, как ни прискорбно это признавать, никогда не блистала особым умом и проницательностью, к тому же оказалась легко внушаемой, отчего была просто обречена стать жертвой какой-нибудь мистификации.
Но, прежде чем осуждать ее и смеяться над прошлым, вспомните своих современников, диктующих незнакомым людям по телефону заветные цифры с обратной стороны сберкарты или раз за разом голосующих за заведомых негодяев.
По всей видимости, Маша все-таки последовала моему совету насчет Палладия. Во всяком случае, наша встреча с ее папашей все-таки состоялась. Сергей Петрович смолоду был богат и принадлежал к хорошему роду. Казалось бы, всего перечисленного с лихвой хватало, чтобы сделать хорошую карьеру в Петербурге, но, увы. Живость характера и любовь к разгульной жизни не оставили дослужившемуся лишь до коллежского секретаря [3] Анненкову ни одного шанса.
