– И как вы себе это представляете? – удивленно поинтересовался Корнилов.
– О, все просто. Непогода скоро закончится, после чего вернется наш флот. Мы погрузимся на корабли и покинем территорию Российской империи.
– Может вам еще и Балаклаву вернуть? – немного ошарашенно спросил я, еще не решив, как именно отреагировать на подобное нахальство.
– Ну, разумеется! Согласитесь, нашим войскам было бы гораздо удобнее грузиться там, нежели в продуваемой всеми ветрами Камышовой бухте.
– Да вы, как я посмотрю, все предусмотрели?
– Конечно, месье, а как иначе?
– И нам нужны наши припасы, сэр! – добавил внимательно прислушивающийся к разговору герцог.
– Да-да, – с готовностью поддержал его француз. – Это избавит вас от необходимости снабжать нас продовольствием.
– Господа, – перейдя на русский, поинтересовался я у своих соратников. – Приходилось ли вам видеть прежде настолько неприкрытую наглость?
– Говоря по чести, – усмехнулся Липранди, – всякого в жизни повидал, но вот такого еще не случалось! А вы что скажете, Владимир Алексеевич?
– Ни разу!
– И каков же будет ваш ответ? – счел необходимым уточнить ничего не понявший из нашего разговора Наполеон.
– Нет!
– Что… Но почему?!
– Удивляюсь вам, господа, – отчетливо проговаривая на языке Расина каждое слово, заявил я. – Каким образом в голову таких почтенных господ, как генерал Канробер и лорд Раглан, пришла мысль сделать мне столь непристойное для всякого человека чести и противное интересам моего отечества предложение?
– Но это вполне достойные условия! – чуть громче, чем позволяли приличия воскликнул Плон-Плон.
Британец, выражая согласие со своим коллегой и союзником, принялся громко сопеть большим носом. Кажется, еще минута и затрубит, как слон хоботом! Однако, господ аристократов начинает разбирать на эмоции. И это хорошо.
– Я так не думаю, – совершенно спокойно ответил я.
– Послушайте, так же нельзя. Если ваше высочество по какой-либо причине не устраивают наши предложения, это не страшно. Сделайте свои… – постарался взять себя в руки француз.
– Легко! Тем более что у меня только одно, но при этом очень простоепредложение.
– И какое же?
– Капитуляция! – улыбнулся я, после чего вспомнив их недавнюю наглость на всякий случай добавил. – Ваша, разумеется!
– Это невозможно! – всплеснул руками Наполеон. – Французская армия никогда не капитулировала…
– И английская тоже! – поспешил добавить его союзник, не обращая внимания на сдавленные смешки моих спутников.
– Да неужели? – выразительно посмотрел я на племянника Бонапарта.
– По крайней мере, перед вами! – поправился Георг, с гневом посмотрев на улыбающегося Корнилова.
– Самое время это исправить.
– В таком случае, нам не о чем больше разговаривать! – решительно заявил герцог Кембриджский.
– Пусть так. Главное, не забудьте передать мое предложение вашим командующим.
– Будьте покойны!
– Отлично. Но раз уж официальная часть нашей встречи закончена, возможно, вы согласитесь отобедать со мной?
– Прошу меня извинить, но я не голоден! – ледяным тоном отозвался Георг.
– Очень жаль. А вы? – обернулся я к Наполеону.
По лицу племянника великого полководца было видно, что он-то как раз не прочь подкрепиться, но считает необходимым поддержать союзника.
– И все же я решительно настаиваю. Отпустить таких дорогих гостей без угощения – противно нашим обычаям! Надеюсь, вы не хотите оскорбить меня и мою страну, нарушив святые заветы русского гостеприимства? К тому же это не займет много времени. Полчаса или от силы сорок минут. Не хотите преломлять со мой хлеб, отведайте кофе или чаю с лимоном или сливками.
Ошарашенные моим неожиданным напором аристократы переглянулись и несколько неуверенно чуть кивнули головами, выразив свое согласие.
– Вот и отлично! Иван! – громко крикнул я, обращаясь к Рогову. – Подавай обед.
– Сей секунд, – отозвался тот, распахивая дверь, и по комнате поплыли сногсшибательные ароматы свежеприготовленной пищи.
Если сам, а вместе со мной и члены моего штаба, обходились весьма скромной и просто приготовленной пищей, то прибывшие на войну братья привезли с собой целую команду поваров. Готовясь к переговорам, я решил, что грех этим не воспользоваться и приказал им делать все что угодно, но поразить высокопоставленных парламентеров.
Впрочем, последнее оказалось не так уж и трудно. Разметавшая лагерь союзников буря, одинаково обошлась и с солдатами и с генералами. Голодать аристократам, конечно же, не пришлось, но горячую пищу они ели в последний раз еще до непогоды. Стоило нам добраться до стола, я тут же поспешил перевоплотиться в радушного хозяина, готового лично ухаживать за дорогими гостями.
– Для начала, господа, – предлагаю выпить за ее величество королеву Викторию! Дорогой принц, прошу не считать это неуважением к вашему царственному кузену, которым я всем сердцем восхищаюсь. Но все же королева Британии в первую очередь дама, а потому наш долг почтить ее первой!
– А ваш августейший отец тоже восхищается императором? – не скрывая скепсиса, поинтересовался принц.
