«Да, а мне ещё выбрать нужно, в какие учебные заведения поступать», — сказала она сама себе после завтрака, где наслушалась прозрачных намёков отца. Это дело она решила отложить на потом, уезжая на воды вместе с матерью. Да, в Кисловодске им обоим понравилось, а вот дорога обратно — совсем нет.
Мысли девушки внезапно перескочили на мальчишку, что держал перед собой живой экран, по которому другой мальчишка практически разрывал вагон, помогая тем самым спасать людей. Перед глазами всплыло из памяти его лицо, сосредоточенное, окаменевшее, ярко-зелёные глаза, что смотрели в точку, которую мог видеть только он. Юные, ещё мальчишеские черты у него тогда исказились, давая прорваться тому, что лежало в его душе, обнажая уже настоящую мужскую волю и решимость. Вот именно этим он ей и понравился. Волей и решимостью, которая не у каждого-то взрослого способна проявиться в нужный момент.
Женевьева вздохнула, отогнав ненужные воспоминания. Все приключениязакончились, и теперь приходится думать о насущных событиях. Нужно всё-таки определиться, куда же лучше поступать. Её родители могли обеспечить обучение в любом учебном заведении. Её знания и их положение это позволяли, кроме того, она обладала весьма специфическим даром, который, к сожалению, не везде и далеко не всегда можно использовать. Самое смешное, что он больше подошёл бы мальчишке, а не девушке, но природа распорядилась по-своему, и вот теперь у неё имелся совсем небольшой выбор.
Скоро приедет её дядя, преподаватель одной из академий, где обучают юношей и девушек, имеющих дар, он и поможет принять правильное решение на их семейном совете. Надо просто подождать, и всё решится, а пока Женевьева расслаблялась, окунувшись в привычную домашнюю атмосферу.
Через несколько дней, одетая в красивое светлое платье, она сидела за круглым столом, где поместилась вся их семья, приготовившись выбирать подходящую ей академию. Присутствовали её отец, мать, старший брат и тот самый приехавший дядя, родственник матери, преподающий в юридической академии Великого Новгорода.
Дядя, небольшого роста, лысоватый, одетый в старомодный сюртук, казался прямой противоположностью её отца, имел лёгкий характер и полное отсутствие чопорности, за что она его и любила. Он не чурался своей племянницы, всегда казался весел, находчив и очень умён, так что, к его совету стоило прислушаться.
— Ну что, дорогие мои, вот мы и собрались в узком семейном кругу ради одного ооочень важного вопроса, — тут дядя, которого звали Иннокентий Петрович, скосил глаза на Женевьеву и улыбнулся ей. — Ну-с, уважаемые родители, слушаю вас⁈ Кто хочет высказаться по поводу будущего дочери?
— Сначала мы бы хотели узнать, куда возьмут нашу дочь с такого рода даром, ведь он весьма необычен, и где она сможет научиться им владеть, с пользой для себя? — первым высказался граф Васильев.
— Я вас понял, Ваше сиятельство.
— Прекрати, Иннокентий, мы не на официальном приёме, ты тоже дворянин, а поэтому, давай оставим все эти условности за порогом нашего дома.
— Хорошо, а что скажет моя дражайшая сестрёнка?
— Мы специально не отдали Женевьеву в институт благородных барышень, чтобы не испортить ей жизнь. Пусть она не ведает того, через что пришлось пройти мне. Поэтому я готова отправить её в любую академию, даже в ту, где учатся вместе и благородные юноши, и благородные девицы.
— К сожалению, Наталья, благородных юношей не так уж и много, особенно, если учитывать, что само слово «благородный» перестало олицетворять единое целое с самой этимологией данного слова и манерами отдельного индивидуума, что имеет честь принадлежать к роду благородных.
— Я понимаю, поэтому прошу твоего совета, Кеша.
— Гм, ну тогда напомните мне про дар моей племянницы, а лучше пусть она продемонстрирует его. Возможно, он уже изменился и стал совсем другим, или просто ослаб, или наоборот, усилился. Осталось всего пару дней для того, чтобы подать документы и получить уведомление о зачислении. Да, я знаю, что вы, на всякий случай, подали заявления практически во все уважающее себя учебные заведения, предназначенные для обучения людей с даром, но всё равно, давайте ещё раз внимательно посмотрим на Женевьеву и её умения. Мне тоже нужно определиться и уже потом предложить выбор вам.
— Женевьева! — повернулся к дочери отец.
— Да, папа. Сейчас.
Женевьева встала и, пройдя к столу, на котором лежало несколько разных предметов, остановилась. Демонстрация её возможностей предполагалась заранее, поэтому всё необходимое для этого уже приготовили, оставалось только продемонстрировать дар. Девушка размышляла, с чего же начать. Рядом с предметами стоял и небольшой флакон с чистым эфиром для усиления её способностей.
