Кроме того — ставка Ярослава на среднюю стрелковую пехоту, а не на легкую оправдалась в полной мере. Имевшие кольчуги, шлемы, щиты и оружие для ближнего боя и сагиттарии, и фундиторы, и матиарии оказались фатально зубастой «добычей» для потерявшей разгон конницы…
Битва была выиграна.
Рагнар же и прочие викинги, увидев, что их боевое безумие чуть было не стоило им поражения, очень сильно задумались. Ярослав в их глаза поднялся еще выше. Ведь по всему выходило, что они теперь были обязаны ему жизнь. Все они.
Ведь если бы он, как и они, бросился преследовать пехоту ибн Туллуна, то смешал ряды. Как, впрочем, и греки. Тогда бы конница, возглавляемая лично ибн Туллуном собрала бы обильную жатву. Буквально вырубив едва ли не половину союзного войска. А там бы и аль-Мудаббира подошел. И все… финиш… мрачный финиш… Нет, конечно, викинги не боялись умереть. Но ведь сюда они пришли совсем за иным…
Сейчас же по всему выходило, что остатки конницы отходили на юг вдоль рукава Нила, к Аль Аскару[2] — столице наместничества. А пехота… ну, арабская просто разбегалась кто куда, да ее и осталось немного. А тюркских наемников викинги догнали, прижав к морю. И бесхитростно вырубив, восславляя богов.
Это была славная победа.
Великая победа.
Первая победа над халифатом в крупном полевом сражении за последние полтора или даже два века. Да еще и при его таком численном превосходстве. Хотя успех висел буквально на волоске…
[1] Тюрбан довольно популярный головной убор, который распространился в мире задолго до ислама. В той же Византии 400–600 годов он повседневно употреблялся и гражданскими, и военными, и мужчинами, и женщинами. Хотя, судя по всему, возник еще до нашей эры.
[2] До 868 года столицей Египта с самого его завоевания арабами был Аль Аскар — небольшой городок, основанный им в дельте Нила. В 868 году ибн Тулун, ставший наместником Египта, перенес его столицу в соседний (буквально в шаговой доступности) с Аль Аскар город Фустат, основанный в том же году, что и Аль Аскар.
— Предвкушаешь? — Тихо спросил Ярослав, подойдя к Рагнару.
— Предвкушаю что?
— Завоевание Британии. Сколько мы взяли оружия? Сколько доспехов? Сколько иной добычи? Вернешься на свои родные берега. Соберешь огромное войско. И снесешь всех этих конунгов…
— Сомневаюсь.
— А почему нет?
— Не хочу.
— Не хочешь? Но… — произнес Ярослав и осекся, встретившись с Рагнаром глаза в глаза… — Не понимаю…
— Ты ведь дважды спас мою шкуру. Сначала советом, избавив от позорной гибели. Я послушался твоих слов и не поплыл в указанное место. Мой же товарищ решился и налетел на мель у его берегов. А король Элла взял его в плен, а потом казнил, бросив в яму со змеями. Понимаешь? На его месте должен быть я. И в Хельхейм отправиться должен был я, несмотря на все мои заслуги…. А теперь еще и под Александрией. Если бы не ты и не твое хладнокровие нас бы всех порубили.
— Вы полны страсти. Это ваша слабость, но это и ваша сила.
— Да. Все так. Но я просто хочу уйти в Вальхаллу. Хорошо уйти. Стар я уже Британию завоевывать.
— Ты? Ха! Да ты верно шутишь? Ты крепкий свирепый кабан! Я видел, как ты дрался! Мало кто с тобой в бою сравниться!
— Я искал смерти…
— А нашел победу!
— Ты не понимаешь…
— Прекрасно понимаю. Иди в Британию и поищи там свою смерть. А потом оставь завоеванное своим детям, чтобы скальды в веках пели о тебе.
— Уже поверь, — произнес подошедший Флоки, — они будут петь!
— Да, отец, — положив Рагнару на плечо свою руку, произнес Бьёрн. — Мы так давно мечтали это сделать. И неужели сейчас откажемся? Неужели остановимся?
— Ты пойдешь со мной? — Спросил Рагнар у Ярослава.
— Я не хочу, чтобы наши дети и внуки дрались из-за этого клочка земли. В тебе я вижу друга и союзника. И так будет, пока нам нечего будет делить.
— Вот видишь… — покачал он головой. — Ты и сам не уверен в этом походе. И я так же думаю. И не хочу, чтобы мои дети там сгинули поганой смертью. Ты не слышал, но говорят, будто властители англов, саксов, пиктов и прочих племен тех мест стали обращаться к колдунам и магам. Они бояться нас и пытаются привлечь высшие стороны на свою сторону. Однажды уже риг Уэссекса сумел нас разбить. Никто не думал, что он сможет, но… вышло так как вышло. И теперь время от времени стали случаться дурные случаи…
— Друг, — произнес после долгого раздумья Ярослав. — Если тебе это так важно, то я пойду с тобой. Но мне нужен срок. Год или два потребуется, что уладить дела, от которых зависит покой моего дома.
— Два года — это большой срок…
— Ты пошел в поход, имея лишь две сотни воинов в кольчугах из трех с лишним тысяч. Сейчас же, у тебя их почти шесть сотен. И у половины из них есть шлемы. Это уже сила. Но я же сейчас могу уступить тебе свою долю взятых на меч кольчуг и шлемов — за себя и за своих людей обменяв их на другой «улов».
— Двенадцать сотен… — тихо произнес Рагнар, после небольшой паузы… считая. — Ведь тогда получится, что в моем войске будет двенадцать сотен мужей в броне.
