Сердце Дианы дрогнуло. Ей хотелось убежать, закричать, но первобытный страх удерживал ее в плену. Низкий скрипучий голос, похожий на шелест сухих листьев на ветру, донесся из кукольного рта:
– Время игр… окончено.
Офисный стул заскрипел, когда кукла пошевелилась. Ее намалеванная улыбка стала жестокой окостенелой гримасой. Тень от лампы, стоящей на рабочем столе Мэтьюза, тихо поползла по полу, очертаниями напоминая гротескную руку.
Крик Дианы разорвал тишину, ее голос эхом отразился от полированных стен. Но кукла, ничуть не смутившись, продолжала безмолвно и устрашающе ухмыляться. Время игр действительно подошло к концу; только что началась новая игра.
А потом охрана явилась-таки.
Мэтьюз почувствовал себя смелее в компании этих двух молодчиков. Размазывая по лицу слезы, он уставился на кресло и на сидящую там фигуру.
Кукла не двигалась.
Она не была живой, хоть и могла такой показаться человеку на грани нервного срыва. Белое лицо пересекала алая полоса губ, неподвижных и вполне пропорциональных всем остальным чертам.
Мэтьюз узнал эту образину.
Это был дурашливый персонаж-маскот из одной из фэнтезийных игр, разрабатываемых в «КомПроде».
В случае любых обвинений Патов мог заявить, что изготовление уродца – это часть маркетинговой стратегии. Дополнительная игровая реклама.
– Как-то я… слишком остро отреагировала, – пробормотала Диана, прикрывая босса.
Он бросил на нее благодарный взгляд, прежде чем обратиться к охранникам:
– Да, вам, наверное, и приходить не стоило. Но я рад вашей реакции. Лучше все-таки перестраховаться, чем потом жалеть, верно?
Охранники кивнули. Они смотрели на куклу не так, будто их вызвали сюда по ложной тревоге, а как будто объект действительно был опасен и его стоило бояться.
Мэтьюз выдохнул.
– Унесите его отсюда, ладно? Выбросьте… ну или сделайте с ним все что хотите.
Охранники переглянулись, словно решая, кому придется прикоснуться к кукле, и тот, что был постарше и покрепче, дюжий мужчина справа, шагнул вперед и поднял ее. Он обращался с ней осторожно, и когда та прохрипела еще раз: «Время игр окончено!» – в ней, очевидно, был запрятан динамик, – все подпрыгнули, а охранник, державший ее в руках, чуть не уронил дурацкую игрушку. Его напарник нервно усмехнулся.
– Спасибо, ребята, – сказал Мэтьюз, выводя их из своего кабинета.
Когда охрана ушла, Диана тяжело вздохнула.
– Что это было?
Остин покачал головой.
– Я не знаю.
– Это принес мистер Патов? Он пронесся мимо меня, но не было похоже, что он что-то нес в руках.
– Нет, – сказал Мэтьюз.
– Я понимаю, почему вы решили, что это человек. Эта кукла… огромная!
– И жуткая.
– Жуткая, – согласилась Диана.
Он хотел было рассказать ей о способности Патова подбрасывать предметы в воздух, не касаясь их, доставать самые мерзкие штуки вроде стеклянных шаров или этой вот куклы будто из воздуха, открывать и закрывать дверь без помощи рук… но в последнюю секунду передумал. Все и так казалось предельно надуманным. Остин не хотел, чтобы секретарша думала, будто он видит то, чего на самом деле нет. Они оба долгое время работали вместе и очень уважали друг друга, и ему не хотелось, чтобы ситуация переломилась.
Она посмотрела на него.
– Когда он уже уйдет? Этот ваш мистер Патов. Когда он закончит свои дела?
– Я не знаю, – сказал Мэтьюз.
– Скоро, я надеюсь.
– Я надеюсь на это тоже.
Крейг как раз занимался своей обычной утренней очисткой ящика от «БФГ»-шного спама, когда позвонила Энджи. Дилана снова отпустили из школы пораньше, и она не могла забрать его – поступил срочный вызов в отделение неотложной помощи; ей потребовалось подменить сразу трех медсестер, не вышедших на работу.
– Не смогу уйти раньше пяти или шести. Придется тебе его подхватить.
– Не проблема, – сказал Крейг жене.
Как он знал по их минувшим разговорам, нынешнее школьное расписание казалось загадкой что ему самому, что Энджи. Когда он был маленьким, у них было три месяца летних каникул, и, за исключением Рождества, Пасхи и нескольких отдельных праздников, они посещали занятия со вторника после Дня труда до первой недели июня. Но теперь лето сократилось до двух месяцев, и учебный год был разбит на дни отпусков, дни внеклассной работы учителей, дни раннего выпуска, дни позднего начала занятий… Нелепая путаница провоцировала головную боль у многих знакомых ему работающих родителей. Слишком многим приходилось срываться с места, чтобы забрать детей из школы в «короткие дни», совсем как сегодняшний.
В обычной ситуации он бы просто пообедал на час позже и тогда же забрал бы Дилана, но миссис Адамс все еще «наблюдала» за ним, и он был почти уверен, что люди из «БФГ» не одобрят неформальную договоренность. Поэтому на всякий случай Крейг официально сообщил Скотту Чо о своем плане.
– Я доложу куда надо, – неодобрительно сказал заведующий отделом.
– Я использую обеденный перерыв.
– Ты не можешь двигать обеденный перерыв по своему усмотрению. Часы оговорены заранее. Когда отпустят, тогда и пойдешь.
– Что ж, тогда вычти из моего личного времени, – расстроенно бросил Крейг. – Все так делают. И ты – в том числе.
