В мире, где корпорации контролируют сознание, Алексей получает право на невозможное – квантовый контакт с самим собой из будущего.Один вопрос. Один ответ.– Ты счастлив?– Нет. Уходи. Всё, что у тебя есть сейчас – не твоё.»С этого начинается падение.Или – пробуждение?«Контакт с будущим» – философская антиутопия о том, как легко потерять себя в мире, где всё можно смоделировать.
Влад Бах
КОНТАКТ С БУДУЩИМ
Аннотация:
В мире, где корпорации контролируют сознание, Алексей получает право на невозможное – квантовый контакт с самим собой из будущего.
Один вопрос. Один ответ.
– Ты счастлив?
– Нет. Уходи. Всё, что у тебя есть сейчас – не твоё.»
С этого начинается падение.
Или – пробуждение?
«Контакт с будущим» – философская антиутопия о том, как легко потерять себя в мире, где всё можно смоделировать.
Жанры, теги: Научная фантастика, антиутопия, технотриллер, киберпанк, психологическая драма, современная фантастика, технологии будущего, потеря личности, цифровое сознание, подмена реальности, иллюзия выбора, эксперименты над людьми.
Пролог
Один вопрос. Один шанс. Один «Вектор».
Никто не предупреждал, как пахнет внутри «Нового вектора» – правительственной программы «Осознанного выбора будущего». Тонкая, почти неуловимая смесь антисептика, холодного пластика и перегретой электроники. Запах чистоты, доведенной до абсурда. Запах… стерильной уверенности в правильности происходящего.
Алексей стоит в центре куба – прозрачного, без стен, но чётко ограниченного линиями света. Они не мерцают, не дрожат. Ровные, словно прочерченные по невидимой сетке координат. Кажется, стоит сделать шаг – и по ним побежит электрический импульс, как сигнал тревоги, сообщающий, что испытуемый вышел за границы.
Под ногами гладкий пол, напоминающий отполированный экран. Глянцевая поверхность блестит холодным светом, отражая очертания крепкой мужской фигуры, словно зависшей на тонкой грани между реальностью и ее проекцией. Между собой настоящим – и тем, кем он ещё может стать. За стеклом – силуэт. Белый халат, нейтральная поза.
Ни лица, ни возраста. Только отчуждённый и чёткий голос:
– Алексей Литвинов, вы подтверждаете участие в программе?
Мужчина быстро кивает. Оператор нажимает на панель.
Воздух сразу густеет, становясь плотным и вязким. У испытуемого едва заметно дрожат пальцы, и он непроизвольно сжимает их в кулаки. Легкая испарина выступает на лбу. Его предупреждали, что волнение – это естественная реакция. До него здесь стояли сотни других, а может и тысячи…
– Перед вами – односторонний канал связи с Проекцией, – так же отстранённо продолжает механический голос. – Длительность: не более тридцати секунд. Вы можете задать только один вопрос. Без повторов и уточнений.
– Да, меня ознакомили с инструкцией, – пересилив нервное напряжение, отзывается Алексей.
– Отлично, – сухо произносит оператор. – Хочу еще раз напомнить – вы задаёте вопрос самому себе. Из будущего.
Литвинов замедленно моргает, убирая правую руку в карман брюк, левую ладонь незаметно вытирает о брючину. Наверное, все это должно быть волнительно и грандиозно, но внутри только тошнота, как перед прыжком с парашютом. Он раскрывает рот, но слова застревают в горле. Словно кто-то внезапно стер все его мысли, оставив чистый лист.
Экран перед мужчиной вспыхивает серебром. Без изображений, без логотипов. Только тонкая линия сигнала, как пульс, как ровная черта на мониторе, фиксирующим сердечный ритм.
Где-то внутри шевельнулся страх. Страх не перед тем, что ответа не будет, а перед тем, что он все-таки прозвучит и изменит многое. Страх перед необратимостью. Неизбежностью. И все же Алексей здесь. Назад дороги уже нет. Он должен знать…
Литвинов готовился задать совсем другой вопрос. Взвешенный, обдуманный, четкий, но вместо этого слова вдруг вырвались сами:
– Ты… счастлив?
Пауза. Тишина кажется чужеродной и неестественной, будто сама система зависла в недоумении. Линия на экране застывает, воздух в помещении становится ещё плотнее, словно пространство тоже затаило дыхание.
Ему отвечают не сразу. Голос звучит тише, чем он ожидал. Словно собеседник долго молчал, прежде чем решился… Словно ему было больно говорить.
– Нет, – узнав собственный голос, Алексей замирает. – Уходи. Всё, что у тебя сейчас есть – не твоё.
Медленно, с короткими паузами. Каждое слово, как шаг по битому стеклу.
Сигнал обрывается. Экран темнеет. Неоновые грани вокруг Литвинова гаснут одна за другой, оставляя его в сером, плоском свете потолочных ламп.
Литвинов стоит в наэлектризованной тишине с опущенными руками. Никакой реакции от оператора. За стеклом – пусто. Белый халат исчез. Его накрывает ощущением, будто у него украли нечто ценное, и он ещё не понял – что именно.
Время. Уверенность. Самого себя.
Мужчина не двигается. Не дышит. Смотрит в потухший экран, как в свежевырытую могилу.
Сзади щёлкает замок. Дверь бесшумно приоткрывается. Никто не говорит, что сеанс завершён. Никто не провожает. Программа работает иначе.