— Так что к тебе вполне могут отнестись снисходительно, — продолжила Тула.
— На сей раз, — повторила Мила.
— А кто был со слином? — поинтересовалась я.
— Вон те двое, — ответила Тула, указав на другую сторону лагеря, и вместе с Милой помогая мне подняться на ноги, поскольку сама я всё ещё чувствовала себя неуверенно.
— Эй, что с тобой? — спросила Мила.
— Ты же не собираешься снова упасть в обморок? — встревожилась Тула, сжимая мою руку.
— Нет, — поспешила заверить её я. — Нет!
— Ты их знаешь? — уточнила Тула.
— Одного, — выдохнула я.
— Он что, твой хозяин? — полюбопытствовала она.
— Нет, — покачала я головой, — он мне не хозяин, и я не его рабыня!
— Да я только спросила, — пожала плечами Тула.
— Это хорошо, а то всё могло бы быть гораздо хуже, — сказал Мила. — Посмотри на его руки, плечи, силу, мужество этого монстра.
— Он мог разорвать любую из нас надвое, — прошептала Тула.
— Зато он мог бы позаботиться, защитить и покорить рабыню, — заметила Мила. — Я была бы счастлива, если бы его монета забрала меня с торгов.
— Но только не я! — заявила я.
— А я хотела ползти к нему голой, а одном только его ошейнике к его ногам, чтобы вычистить их своим языком, — призналась Мила, — в любое время, хоть прямо сейчас.
— Но не я! — повторила я.
— Конечно, он красив, — констатировала Тула.
— Ничуточки, — не поддержала её я.
— Я не могу даже посмотреть на него, — прошептала Мила, — не почувствовав свою неволю.
— Это именно из-за него я убежала, — призналась я.
— Тогда он — твой господин, — пришла к выводу Тула.
— Нет, он не! — заверила её я.
— Значит, Ты знаешь, что он — твой господин и хочешь видеть его своим господином! — заключила Мила.
— Нет, нет! — замотала я головой.
— Это не он хозяин слина, — сказала Тула. — Выходит, что он нанял слина и его хозяина.
— А Ты была целью животного, — добавила Мила.
— Он отправился на твои поиски! — констатировала Тула.
— Возможно, — небрежно пожала я плечами.
Поначалу я испугалась, что могу упасть, увидев его здесь, в лагере, так близко, в каких-то нескольких ярдах от себя. Но затем я смогла взять себя в руки, и встали прямо и спокойно.
— Он — чурбан, — заявила я. — Но да, несомненно, он пришёл, чтобы найти меня.
— Так далеко в лес, несмотря на его опасности, — заметила Тула.
— Он должен был очень сильно тебя хотеть, — предположила Мила.
Я почувствовала прилив гордости. Разве это не мои колени, а не колени Тулы или Милы, раздвинула нога то ли Генсериха, то ли Ясона, так, чтобы я стояла в позе самой желанной и разыскиваемой из рабынь, рабыни для удовольствий? Насколько уязвима женщина, вынужденная принимать такую позу! Я была просто неспособна как-то контролировать или игнорировать те чувства, которые испытывала, стоя в такой позе, как рабыня перед мужчиной. Что можно поделать с собой, будучи настолько нагретой и взволнованной? Как можно что-то поделать с этим, зная об изменениях в теле, о готовности живота?
— Возможно, — кивнула я.
— Но тогда почему он не надел на тебя свои браслеты? — спросила Тула.
— Понятия не имею, — пожала я плечами.
— Я не понимаю, — сказала Мила. — Он не уделил тебе внимания. Он даже не смотрит в нашем направлении. Я даже не уверена, что он знает, что Ты находишься в лагере.
— А не было ли, случайно, какой-нибудь другой причины, чтобы тебя разыскивать? — полюбопытствовала Тула.
— Возможно, — отозвалась я в замешательстве.
Я внезапно поняла, что меня могли бы разыскивать просто как беглую рабыню, и только как это. Мне было хорошо известно о различных мерах безопасности как внутри корабельного лагеря, так и в его окрестностях, это и часовые, и патрули, и бродящие вокруг ларлы, и так далее. Казалось очевидным, что пани были крайне озабочены тем, чтобы сохранить тайну существования корабельного лагеря. Именно ради защиты тайны лагеря могли преследоваться дезертиры или беглые рабыни. До меня вдруг дошло, что интерес налётчиков к нашим хозяйкам вполне мог бы иметь некоторое отношение к этим вопросам. Похоже женщины шпионили за корабельным лагерем, а налётчики были заинтересованы в том, чтобы их перехватить, по-видимому, прежде чем они смогли бы сообщить о результатах своих наблюдений.
— Всё это очень странно, — покачала головой Тула.
Я уже не думала, что это всё настолько уж странно, но, если здесь были замешаны тайны корабельного лагеря, то мне лучше всего осталось держать язык за зубами.
— А где наши хозяйки? — поинтересовалась я.
— Их снова отравили в лес, в сопровождении одетой в алую тунику рабыни и двух охранников, чтобы собирать хворост.
Мне вспомнилось, что их прежняя попытка справиться с этим поручением была прервана появлением слина, приближающегося к лагерю.
— На краю лагеря лежат ветви, — сказала я Туле и Миле, указав на кучу собранную ранее нашими хозяйками, но ещё не разложенную в лежанки для комфорта мужчин.
— И что? — не поняла Тула.
— Возможно, они не самые подходящие, — намекнула я.
— Рабыня Донна, наверняка проследила за этим, — заверила меня Тула.
— Тем не менее, — не унималась я.
— Не стоит разгуливать среди мужчин, — посоветовала Тула.
— А Ты умна, — улыбнулась Мила.
