— Так и есть, благородный Генсерих, — кивнула Дарла. — В устье Александры, чтобы воспрепятствовать кораблю выйти в море, стоит большая армия, и на её содержание уходят большие средства. Если местонахождение корабля станет известно, то его можно будет уничтожить малыми силами, до его отплытия, и тогда надобность в содержании большой армии отпадёт сама собой.
— Однако, насколько я могу судить, — усмехнулся Генсерих, — средства на то, чтобы содержать эти силы в устье Александры если не неопределённо долго, то в течение некоторого времени, уже были выделены.
— Могу предположить, что да, — согласилась с ним Дарла.
Генсерих рассмеялся, а вслед за ним это сделали и мужчин вокруг него.
— И такие средства, — подытожил он, отсмеявшись, — выделенные на перекрытие Александры, но не израсходованные, могли бы найти дорожку в разнообразные кошельки.
— Возможно, — не стала спорить с ним Дарла.
— Теперь я вижу причину безотлагательности, — хмыкнул Генсерих.
— Освободите нас, — попросила Дарла, — и вы сможете разделить удачу нашего работодателя.
— Он — вор, — заключил Генсерих.
— Возможно, нет, — не согласилась Дарла.
— Вор, — заявил вожак налётчиков.
— Возможно, он всего лишь хочет сохранить порученные ему средства.
— Само собой, — усмехнулся Генсерих. — Для себя.
— Освободите нас, — повторила Дарла.
— Я не знаю, кто является вашим работодателем, — сказал Генсерих, — как и кто или что, стоит за его спиной, но я сомневаюсь, что он с радостью приветствовал бы нас в своём расположении. Скорее, зная какой информацией мы располагаем, и как мы могли бы её применить, подозреваю, что наши жизни могли бы подвергаться некоторой опасности.
— Позвольте нам передать информацию, — предложила Дарла. — Нам обещали хорошо заплатить. Мы разделим нашу добычу с вами.
— А Ты щедра, — улыбнулся Генсерих. — А как Ты думаешь, сколько могли бы заплатить за вас те, за кем вы шпионили?
— Нет, только не это! — воскликнула женщина.
— Боюсь, — развёл руками Генсерих, — вашему работодателю придётся продолжать оплачивать, по-видимому, значительные счета своим людям в устье Александры.
— Не придётся, если мы передадим ему наши сведения! — сказала она.
— Верно, — признал Генсерих, — если вы доставите свою информацию, то не придётся.
— Освободите нас! — потребовала Дарла, пытаясь вытащить свои запястья из стягивающих их петель.
— Только, — продолжил мужчина, — вы не сделаете свой отчет.
— Я не понимаю, — опешила Дарла.
— Для чего, как Ты думаешь, мы были наняты? — поинтересовался Генсерих.
— Откуда мне знать, — пожала плечами Дарла.
— Именно для того, чтобы добытые вами сведения не дошли до адресата, — сообщил ей он.
— Освободите нас, освободите нас! — закричала и задёргала руками Туза.
— Заткнись, девка! — рявкнул на неё Генсерих. — Другая назначена говорить от имени пленниц. Не Ты.
Туза отпрянула, явно раздражённая.
Я отметил, что её не ударили. Безусловно, это говорило о том, что она считалась свободной.
— И именно для этой цели, — сказал бородач, бросив взгляд назад через левое плечо, где в своей алой тунике стояла на коленях Донна, — была найдена данная рабыня, бывшая девка-пантера, а фактически ваша прежняя атаманша, именно для того, чтобы она могла помочь с нашими поисками.
— И я нашла их для вас, Господин, — заявила Донна. — Я была уверена, что смогу это сделать.
— Мы нашли её на низком рынке для дешёвых, низкосортных рабынь, — пояснил Генсерих. — Несмотря на тот аксессуар, что окружал её шею, она всё ещё думала о себе как о девке-пантере, и даже попыталась играть в сердитое сопротивление и вызов. Однако плеть быстро выбила из неё эту дурь, и она поняла, дрожащая и плачущая, что она теперь была рабыней. После этого, хорошо обработанная и, когда нас это развлекало, длительно ласкаемый, она начала изучать свой ошейник. Достаточно скоро она уже пресмыкалась у моего колена, хныкая и выпрашивая прикосновения.
— Мерзкая шлюха! — воскликнула Дарла.
— А уж как она обрадовалась, когда узнала причину своей покупки, и как нетерпеливо торопила нас начать поиски и захватить так называемую «шайку Дарлы», нанятую, чтобы тайно провести разведку в северных лесах.
— Шлюха! — процедила Дарла. — Ты предала нас!
— Вообще-то, это именно я была предана, — напомнила Донна, и издевательски добавила: — Госпожа.
— Ну и что, довольна? — воскликнула Дарла. — Твоя месть удалась! Теперь мы раздеты и скованы, беспомощны и связаны, стоим на коленях во власти мужиков!
— Мы — женщины, — развела руками Донна. — Мы должны быть во власти мужчин.
— А я ненавижу мужиков! — крикнула Дарла.
— Это потому, что Ты не мужчина, — усмехнулась Донна.
— Не понимаю, — буркнула Дарла.
— А Ты попробуй быть той, кто Ты есть, — посоветовала Донна. — И тогда Ты узнаешь, что такое радость рабыней, отдающейся своему господину.
— Нет, нет, нет! — замотала головой Дарла.
— Да, — с придыханием прошептала Эмеральд, крутя своими связанными запястьями.
