Ты дура, Ионова. Ты же это понимаешь? Ах, да. Данилевская теперь. Но по нашему договору, я не могу оставить себе фамилию после развода. Поэтому, не стоит и привыкать.
Со стороны кухни мужские голоса.
- Капец!
Подлетаю на ноги. Я же обещала, что он уедет.
На ощупь ищу свои очки. Я была так вчера расстроена... Совершенно не помню, куда я их...
Рывком раскрываю шторы.
Там красивая ваза и букет цветов утыкается прямо мне в нос.
Ощупываю подоконник - нет их.
Делаю шаг и чувствую как стекло и пластик лопаются под ногой.
- Аа! - замираю.
Я осталась без глаз?!
Сердце испуганно сбивается с ритма и ускоряется.
Слышу опять голоса.
Ладно, здесь, я все знаю и так, на ощупь.
Шлепая босыми ногами тороплюсь на кухню. Макс очень конфликтный! Ещё не хватало, чтобы...
Врезаюсь в кого-то. Ощущая голую кожу крепкого плеча и запах парфюма Макса. Он подхватывает меня за талию.
- Доброе утро.
Слепо пытаюсь понять кто там, помимо Макса. Прищуриваюсь.
Голоса были мужские.
- Паш?..
- Я все уладил, - бросает шепотом Максим. - Извинился.
Принюхиваюсь. Пахнет сдобой, корицей, ванилью.
Делает шаг из кухни, вытягивая меня за собой.
- Молодец, - поджимаю губы. - Что извинился.
Мне такого эксклюзива от Данилевского не перепало.
Незаметно отпихнув его руку, сбегаю в ванную. И когда возвращаюсь, он уже в комнате. Постельного под ногами нет. Видимо, оно на кровати.
В комнате с ним - тесно и неловко. И сесть некуда. Единственное кресло занял он.
Сложив руки на груди, смотрю в окно и ничего не вижу. Цветы источают тонкие ароматы, смягчая немного моё раздражение.
Подходит сзади, моя спина касается его груди.
Подхватывает на руки. Испуганно вцепляюсь в него.
Это ещё зачем?
Усаживает в кресло.
- Дай посмотрю, - подхватывает ступню.
- Я испачкала ковер?
- Угу... Где аптечка?
- Во второй ступеньке.
Ступеньки на мою кровать сделаны как выдвижные ящички.
Вспоминаю, что там прокладки и вообще...
- Я сама!
- Сиди.
- Ты же все равно ничего не знаешь и не умеешь!
- А я загуглю.
Усаживается мне в ноги.
Аптечка у меня максимально лаконичная. Но йод есть.
Он обрабатывает рану, я кусаю губы.
Чувствую, как дует. А потом целует над пальцами.
- Обезболов нет?
- Да ладно уж... Не нужны мне.
Обнимает за талию, ложась лицом на мое бедро. Трётся, задирая футболку. Он немного колючий.
Мне неловко, его лицо слишком уж близко к моим трусикам.
Сердце истошно стучит.
- Лан... Ты меня любишь?
- Нет! - выдыхаю быстро, не задумываясь ни на секунду.
- Чего ж так не везет-то мне? - с болезненной циничной ноткой.
Отталкиваясь от кресла ложится снова на спину на ковер.
- А почему?.. Что во мне не так? - медленно и рассеянно.
И воздух становится густой, болючий, тяжёлый. Не вдохнуть. В носу щиплет.
Молча поджимаю ноги, обнимая себя за колени.
Губы дрожат и грудная клетка тоже.
Мне хочется, много что высказать ему.
Чтобы валил к своей Тане. Если до сих пор как подросток ведется на ее провокации! Может быть, ей было интересно слышать от него такие вопросы после хамства. Или, ей, в отличие от меня, он не хамил?!
Но я молчу.
- Ну и ладно, - тихо. - Тебя я готов любить не взаимно.
В моих ушах начинает звенеть.
Что он сказал?..
Мне послышалось, что...
Прижимаю руку ко лбу. Мне кажется у меня жар и бред. На нервной почве.
- Обезболов точно нет? - заторможенно.
Ну конечно! Желудок...
Опускаюсь на колени рядом с ним.
- Ну зачем?? Зачем?!
Замахиваюсь, чтобы врезать ему по щеке, зло оскаливаясь.
- Ненавижу тебя!
И нет, конечно, не бью. Просто кладу руку ему между ребер.
- Я больше не буду. Обещаю... - прижимает он мою руку своей сверху.
Сижу и глажу этого большого красивого мальчика. И самой хочется выпить обезболов. Потому что сердце мое ноет, от того, что я сказала ему неправду.
Охрана привозит сумку с вещами Мелании. Она попросила Зою их собрать. И подгоняют мою тачку.
А это значит, Софья Алексеевна в каком-то другом часовом поясе и ещё не проснулась, чтобы наложить на меня рестрикции и санкции. Но они будут.
Быстро перевожу сотку Платону. Больше сотки - никак, у меня на карте ограничение: сотня в день.
Мелания, почти не разговаривает со мной. Но и не гонит.
- Ты не хочешь возвращаться?
- Не хочу.
- Окей. Хочешь, мы поедем к нашему юристу и разорвем наш контракт?
- Зачем?
- Мне кажется, он нам мешает.
- Нам мешает твое хамство и безответственность. А вовсе не контракт.
Вздыхаю. Сложно спорить...
Мы едем в ее Центр.
Тусуюсь на стоянке с сигаретой, с телефоном у уха. Ухо уже отваливается!
Меня дрючит начальник охраны.
- Мирон Семёнович, я понятия не имею о чем речь! Я не водил тачку пьяный, это какая-то подстава. Какие посты в интернете?! Как я должен это опровергать?! Фотки? Ну вышлите мне эти фотки. Не понимаю о чем речь. Драка с Аксеновым? Я вас умоляю! Не было никакой драки, поинтересуйтесь у Аксенова. Тоже фотки?! Да как же меня заебали эти эльфы-фотографы. Можно я им втащу? Нет? Очень жаль. Но драки не было. Что?! Какой наркоманский притон, вы охуели там все что ли? Там чисто. Нормальные люди живут, ясно? За базаром следите. Это дом моей жены. Вот когда Софья Алексеевна прилетит, я обязательно перед ней отчитаюсь!