— Не трогай меня! — прошипел он, отдергивая подбородок и вновь утыкаясь в стену. Нет. Это вовсе не игра. Это по-настоящему. Впервые за столько лет Ирис наблюдал за тем, как Бэллит плачет. И лидеру это не понравилось.
«Не поддавайся. Ведь он с тобой поступил куда хуже! И должен поплатиться за это. Шлюха!»
Мысли Ириса прервал внезапный скрип двери: Ёис, отчего-то в одних трусах и с охапкой мокрой одежды в руках, зашел в комнату и, как вкопанный, остановился у порога:
— Я, кажется, не вовремя, — просипел он, шумно сглатывая. Его удивлённый взгляд скользнул от Ириса к прикованному к постели Бэллиту, из которого торчала...
— Какой догадливый. Вон отсюда! — процедил Ирис сквозь зубы. Дважды Ёиса просить не пришлось. Парень пулей вылетел из комнаты, не забыв захлопнуть за собой дверь. Бэллит же, тихо всхлипнув, внезапно разрыдался в голос. Еще бы. Его увидели. Таким беспомощным. Таким... Нет, терпеть это больше не было сил.
— Не думай, что слезы спасут тебя, — холодно проговорил Ирис, размещаясь между ног Бэллита и касаясь острого лезвия сабли. Оно мерцало и переливалось в свете солнечных лучей, что пробивались сквозь неплотно задвинутые шторы.
— Отпусти меня... Хватит... Довольно... Уже и так...
— Почему же? — приподняв брови, наигранно удивился Ирис. — Посмотри, ведь твой друг еще стоит, а, значит, ты еще не удовлетворен! А как же я могу оставить тебя без десерта. Ведь в прошлый раз ты так расстроился!
— Нет... Ничего мне не надо... Ирис... Господи! Хватит уже!
Но молодой мужчина оставался непреклонным. Осторожно взявшись за лезвие, он медленно потянул саблю на себя. Послышался протяжный болезненный стон Бэллита. Когда окровавленная рукоять показалась почти наполовину, Ирис вновь вогнал ручку вглубь. После чего сначала медленно, потом чуть увеличивая ритм, он начал повторять несложные манипуляции, наблюдая, как ничего больше не говоривший Бэллит каждый раз выгибается на постели, когда предмет насилия проникал в него до основания. Лидеру очень хотелось закончить все самому, извлечь рукоять сабли и вставить дроу по самые гланды, но это в его первоначальные планы не входило, а потому седовласому оставалось лишь до боли кусать губы и терпеть.
“Держи себя в руках!” — но пальцы уже сами собой тянулись к члену Бэллита, ласкали головку, нежно массировали ствол, повторяя вновь и вновь мягкие рывкообразные движения. Тело Бэллита против его воли реагировало на касания Ириса даже слишком ярко. Возможно, это было связано с нервным напряжением парня, или с ужасающей болью, которая могла обострить его ощущения. К болезненным стонам начали примешиваться сладкие нотки, тогда как рукоять сабли входила в эльфа уже без особого труда. Чтобы закрепить достигнутый эффект, лидер, убрав длинные волосы за уши, наклонился к паху Бэллита, втянул ни с чем не сравнимый запах его тела и крови, после чего провел языком по члену парня, а потом и вовсе взял его в рот настолько глубоко, насколько мог.
— Ты... Психопат!... — прохрипел Бэллит, нервно облизывая пересохшие губы. Его сознание будто плавало на границе между сном и реальностью, разум обессилел, воспринимая лишь самые стандартные ощущения: физическую боль и удовольствие. Что же касается эмоций, здесь царил такой раздрай и хаос, что внешне это походило на равнодушную меланхолию.
Когда язык Ириса в очередной раз прошелся по щели на головке члена, Бэллит вскрикнул громче прежнего. Нарастающие ощущения пронзали его тело одно за другим. Пока, наконец...
— Вот и умница, — ухмыльнулся Ирис, стирая попавшие на лицо бело-прозрачные капли. Миссия по полному разгрому личности Бэллита завершилась. Лидер удовлетворенно извлек саблю, которая в этот же миг растворилась в его руках, будто ее и не было.
— А говорил, что не понравится, — хмыкнул темный эльф, освобождая парня от пут, а затем направляясь в ванную комнату. Бэллит молчал. Длинная малиновая челка закрывала его глаза. Дрожащими руками он натянул на себя простынку, свернулся в калачик и уткнулся в стену. И без того израненную душу разорвали на части. И эта боль... Эта тупая боль в груди...
— Я это заслужил, — тихо-тихо прошептал он.
Ирис сделал вид, что не услышал его, но только дверь ванной закрылась за его спиной, эльф обессилено сполз на пол, уже не сдерживая катившиеся по щекам слезы:
“Что же я наделал?...”
