«Если он скажет «нет», я умру!» – вертелось в голове парня. Тело его начал бить легкий озноб, сердцебиение участилось, дыхание стало прерывистым, а сознание поплыло.
«Соберись!» – приказал себе парень, до боли в пальцах сжимая свободную руку в кулак, тогда как костяшками второй все же ударяя по двери. Вместе с оглушительным стуком в ушах у Севи зазвенело, к горлу подкатил комок, на лбу и шее выступили липкие капельки пота.
«Главное, не нервничай. Не показывай, как ты волнуешься!» – наставлял на путь истинный внутренний голос парня, вот только следовал Севи его советам едва ли, бледный как мел, походя скорее на смертельно больного, чем на Спокойного, ни о чем не волнующегося подростка.
— Войдите, — послышался приглушенный голос за дверью. Голос Нерола.
Севи вздрогнул. Сглотнул. Испугался. Захотел убежать и спрятаться, будто нашкодивший котенок. Но, взяв себя в руки, все же навалился на тяжелую ручку, приоткрыл дверь и на одеревеневших ногах вошел в кабинет. Нерол в этот момент что-то лихорадочно искал, перебирал горы бумаги, пробегал взглядом по строчкам одного документа, тут же отбрасывал его в гору мусора, выросшую за его спиной, и хватал другой.
— А! Ты-то мне и нужен, — даже не посмотрев на Севи, тут же бросил лидер. — Вон там коробка со старыми документами, не мог бы ты порыться и отыскать?..
— Я… я пришел не для этого, — голос Севи дрогнул. Он никогда не перечил Неролу — скорее, наоборот, исполнял все его приказы беспрекословно, не требуя ничего взамен. Поэтому подобный ответ удивил лидера настолько, что он на секунду оторвал взгляд от документов и внимательно посмотрел на помощника.
— Тогда зачем? – без задней мысли спросил мужчина. Парень в ответ судорожно вздохнул, открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же захлопнул его. Вздохнул еще пару раз, начиная мяться и теребить край старой, замызганной рубашки.
Он то поднимал глаза к Неролу, то косил взгляд на стены, а то и потолок. Щеки мальчика приобрели пунцовый оттенок, а губы задрожали.
«Не говори, — мысленно взмолился Нерол. — Прошу тебя, молчи. Я не хочу причинять тебе боль!»
— Я… понимаете… – все же подал голос мальчишка. – То есть… я хотел сказать, что с радостью вам помогу, вот только сначала… — от настойчивого теребления край рубашки уже успел размахриться.
— Я давно хотел вам сказать...
— На самом деле сейчас не самое подходящее время, – прервал мальчишку Нерол. – Через час я должен быть за столом и воздевать кубок эля над головой, вещая о том, что мы со всем справимся. Но, боюсь, если до этого я не найду необходимые мне рукописи, я не смогу быть столь уверен в наших силах. А если сам лидер не будет верить в победу, куда уж ему убедить в этом людей, что идут за ним, верно?! – затараторил Нерол, из последних сил стараясь перевести разговор в иное русло.
«Одумайся! Ты же еще совсем ребенок! Тебе не стоит знать, как это больно...»
— Нет, вы выслушаете меня! — наглость, с которой Севи заявил это, кажется, напугала даже его самого. – Я… я! – парень набрал в легкие побольше воздуха и, прежде чем лидер успел сказать еще хоть что-нибудь, выпалил:
— Я люблю вас! Всегда любил! И… и я желаю быть с вами!
Признание застыло в воздухе, на мгновение сковав как Севи, так и Нерола. Затянувшееся молчание разрушил тяжелый вздох мужчины. Оторвавшись от бумаг, лидер обессиленно облокотился о край рабочего стола и скрестил руки на груди.
«И все-таки он сделал это…»
— Севи, ты ведь… – начал было мужчина, но был прерван жалобным всхлипом:
— Я понимаю, — побледнев, прошептал помощник, и так сообразив, каков ответ мужчины.
— Нет, не понимаешь, — качнул головой лидер повстанцев, натянуто улыбнувшись. — Ты еще маленький, — мягко произнес он, медленно подходя к Севи. — У тебя вся жизнь впереди, — лидер прикоснулся к макушке подростка, что уже сотрясался от беззвучных рыданий. — Твоя настоящая любовь только впереди. И это не я.
— Почему?! — беззастенчиво вытирая сопли рукавом, промямлил Севи. Из глаз его текли слезы. — То есть... Лучше просто честно скажите, что я вам не нравлюсь, а не пудрите мне мозги взрослой философией.
— Ты нравишься, очень мне нравишься, но не так, как хотелось бы тебе, – пояснил Нерол, неуклюже приобнимая мальчика за плечи. – Я вижу в тебе друга, помощника, преемника... сына.
— Тогда давайте сделаем вид, что я ничего не говорил, хорошо? Пусть все остается как есть! – с надеждой попросил Севи.
— Ты ведь понимаешь, что это невозможно, — тяжело выдохнул Нерол. — Я никогда не смогу ответить тебе взаимностью, и не желаю, чтобы ты питал надежды по отношению ко мне.
— Нет... Пожалуйста! Только не это! Я ведь не смогу! Не смогу без вас! — Севи сорвался на крик, судорожно вытирая настырные слезы. Он выглядел настолько несчастным и беззащитным, что у Нерола всего на секунду, но все же промелькнула мысль: а не подыграть ли ему? Не притвориться ли, что на самом деле он любит беднягу?
«И тогда позже ему будет еще хуже…»
— Ты выдержишь. Ты сильный, — вздохнул Нерол, отгоняя неприятные мысли, наклоняясь к Севи и целуя его в макушку.
