– Может, тебе листочек дать? Или ты тренируешь память на цифровые последовательности? – поинтересовался подполковник.
– Лучше включи еще раз этот отрывок, – парировала я.
– Да пожалуйста, – Кирьянов снова нажал на перемотку, а потом на пуск, – но ты же меня посвятишь в нюансы?
– Секунду. – Я продолжала подбирать звуки. – Все! Готово!
Я подняла глаза на полицейского, он выжидательно смотрел на меня. Будь мы в театре, эта пьеса сорвала бы бурю оваций, потому что пауза была поистине театральной. Кирьянов поднял бровь, а я наконец повернула телефон к нему экраном, на котором высвечивался номер.
– Этот номер был записан нотами нажатых клавиш и в виде мелодии появлялся почти в каждом произведении Александрова, – произнесла я, выделяя каждое слово. – Как ты думаешь, чей он?
– Это должен быть очень важный для него человек, – ответил подполковник, глядя на меня.
– Именно. А знаешь, что самое интересное? Этот номер я уже слышала, только не могла на слух определить цифры. Да и вообще, не придавала ему значения.
– Где же?
– Его набирал неоднократно один человек из тех, с кем я встречалась во время расследования. Андрей Сергеевич, местный бизнесмен и ценитель всякого разного искусства.
– Я думаю, нам тоже стоит позвонить по этому номеру, – серьезно сообщил Кирьянов.
Решив, что словесное согласие здесь будет лишним, я просто нажала кнопку вызова, включив громкую связь.
Прошло не более трех гудков, прежде чем трубку сняли.
– Алло, – прозвучал тихий женский голос.
– Добрый вечер. – Я подняла глаза на внимательно слушавшего Кирьянова. – Простите, с кем я говорю?
– Смотря куда вы звоните, – отозвалась девушка.
– Я звоню знакомой Марата Александрова, – быстро нашлась я.
– А вы кто? – Голос девушки изменился, став чуть тише и осторожнее.
– Я частный детектив. Меня зовут Татьяна Иванова. – Здесь незачем было притворяться. – Я расследую гибель Марата. Скажите, кем вы ему приходились?
На том конце возникла пауза. Спустя несколько секунд послышался вздох.
– Я… – Она снова замолчала. – Мы… были близки.
– Скажите, как вас зовут?
– Оля.
«Точно. “То ли Оля, то ли Поля”».
– Оль, судя по всему, вы были очень близки Марату. Можете рассказать, какие у вас были отношения?
Девушка снова вздохнула, как будто собираясь с мыслями. Впрочем, это были лишь мои догадки. Она вполне могла вздохнуть с эмоцией «как вы меня достали».
– Я очень его любила. Долго… – Оля иногда замолкала, но продолжала говорить. – Он занимался музыкой, много выступал. А я… Я его поддерживала, понимаете? Готовила, убирала, ездила с ним на концерты…
– Вы рисовали его на концертах. Почему?
– Ну… Я думала, что так он действительно будет видеть, насколько он особенный для меня. Поймет, что я вкладываю часть себя… А не просто жму кнопку фотоаппарата.
– Разве до этого он не понимал?
– Он был весь в музыке. Ему больше ничего не было нужно. Да и я не была нужна.
– И что же случилось потом?
– Потом… – повисла еще одна пауза. – Я ушла к другому.
– К Андрею. – Эта мысль мне пришла в голову автоматически.
– А… Откуда вы знаете? – Оля казалась искренне удивленной.
– Работа у меня такая. – Я взглянула на Кирьянова. Он со значением покивал головой. – У Андрея есть семья?
– Да… Марат много раз говорил ему, что расскажет его жене об измене. Знаете, он всегда был за правильные поступки. Хотел, чтобы все по-честному, искренне…
Внезапно она замолчала, как будто отвлекшись на что-то, а потом быстро бросила в трубку:
– Извините! У меня вторая линия!
Вызов прекратился. Мы с Кирьяновым молча смотрели друг на друга.
– Андрей мог убить Марата, боясь раскрытия своей измены. Правда, мне он говорил, что они не были близки с Александровым, – наконец сказала я.
– Он мог говорить что угодно. – Кирьянов был серьезен. – Уверен, если мы проверим звонки с телефона пианиста, то найдем очень много фактов разговора их с Андреем.
– И бизнесмен знает намного больше о смерти Марата, чем говорит. Если и вовсе не является заказчиком или исполнителем убийства.
Я видела Андрея трижды, считая сегодняшний концерт. Он не был похож на человека, способного совершить подобное. Просто обеспеченный мужчина, ценитель искусства. Иногда он мог, конечно, задуматься о чем-то своем, но кто из нас этого не делал? Кроме того, он был весьма обходительным и умел общаться. На что способен такой человек, боясь раскрытия собственной измены?
– Тогда становится понятным, куда исчезли все свидетельства пребывания девушки в квартире Марата, – заметил Кирьянов. – Вполне вероятно, что Андрей сам вывез ее вещи.
– Возможно, – кивнула я. – Он понимал, что мы никак не сможем найти ее номер телефона. А сама Ольга не пошла в полицию, потому что…
– Потому что боялась Андрея, – закончил за меня подполковник. – Уверен, если мы проверим телефон музыканта, то найдем множество звонков бизнесмену. В том числе в день гибели.
– И Андрей довольно крупный. У него бы хватило сил выбросить Марата из окна.
– А потом все убрать, вынести вещи и обставить так, чтобы это было похоже на самоубийство.
