Концертмейстер полностью

Храповицкая подумала, что, если сейчас на лестнице появятся Аглая Динская и два её сына, у Веры Петровны мозг так перегреется, что поползёт из головы, перемешавшись с хной. Веру Петровну Светлана Львовна искренне ненавидела, покойного её мужа считала бездарем и сталинским прислужником. Отец как-то рассказывал ей, что настоящая фамилия Барковского Холопов и что он поменял её, считая, что Барковский звучит более респектабельно. Хотя прекрасному музыковеду и умнице Юрию Холопову фамилия совсем не мешала.

– Вы уж извините, что я в таком виде. Чую, кто-то дымит на лестнице. А время сейчас, сами знаете, неспокойное. Тут и мотоциклисты теперь разъезжают по дворам, как по стадиону, и шпаны всякой хватает. Вдруг кто чужой в подъезд поднялся? С этих станется. Ни стыда ни совести. Тем более что Клавдия Ивановна, лифтёрша наша, сами знаете, иногда так крепко спит сидя, что мимо неё всякий проскочить может. Да она и когда не храпит, иногда ленится спрашивать, кто к кому идёт. Я её сто раз на этом ловила. – Барковская явно не собиралась уходить.

– Какой управдом, такие и лифтёры, – зло сказала Светлана Львовна.

Барковская с управдомшей Толстиковой находилась в приятельских отношениях, и Храповицкая не преминула её кольнуть. Барковская промолчала.

Саблин закурил ещё сигарету. Его забавляла эта сцена. Баба была более чем колоритной.

– Послушайте, давайте я вас угощу пирожками. Я сегодня пекла, такие вкусные получились, пальчики оближешь. Мои обещали заехать. Но у них не получилось. Петенька, внучек мой, – Барковская обращалась сейчас только к Саблину, – захворал. А Люда – это дочь моя – не захотела его оставлять одного. Так что пирожков много, с капустой, с мясом, а пробовать их особо некому.

– Да мы только что поужинали, – вмешалась Светлана. – Спасибо!

– Нет-нет. Я вас так просто не отпущу. Поднимайтесь.

Барковская страдала от нестерпимой скуки и любой повод использовала, чтобы её развеять. А тут повод был просто-таки гигантским, невиданным. Незнакомый мужчина у Норштейнов! Да ещё такой интересный, мужественный. Это редкая удача! Ничего нельзя упустить.

– Честно скажу, от пирожков я не откажусь. – Саблин зевнул и потянулся. – Сейчас, мы только докурим.

– Да можете у меня докурить. Я вам кофе сделаю. У меня кофе прекрасный. В зёрнах. Арабский. Людочка где-то достаёт по большому блату.

Светлана Львовна сейчас проклинала всё на свете, но, похоже, от визита к соседке было уже не отвертеться. Что же за день такой сегодня…

Матч закончился вничью: 2:2. Димка расстроился, поскольку у «Спартака» были моменты, чтобы выиграть, однако утешало то, что ничья с бессменным чемпионом – результат более чем достойный. Да и справедливости ради, ЦСКА в концовке мог и вырвать победу.

Аглая, вернувшись после перекура, нашла братьев разгорячёнными и покрасневшими. Арсений пил водку залпом, чуть запрокидывая голову. Так пьют люди, склонные к богемной жизни. Аглая таких почитала.

– Арсений, налей-ка мне тоже. – Девушка присела к ним.

– И мне, – сквозь зубы пробурчал Димка. Его выводили из себя любые намёки на то, что он до чего-то не дорос. Жаль, окружающие об этом не подозревали.

– С ума сошёл? – взвился старший брат. – Сейчас мать вернётся. Да и мал ты ещё.

– Сказал, налей.

– Лучше вина выпей чуть-чуть, – ласково протянула Аглая. – Давай-давай, – она понизила голос почти до шёпота, – только быстро.

Она плеснула Димке в стакан вазисубани.

Они чокнулись втроём.

Аглаи, конечно, не терпелось вызнать, зачем Арсений приехал, как долго он останется, но она полагала, что пока это будет выглядеть не слишком деликатным.

– Ну, как ощущение? – недовольно спросил Арсений у Димки.

Его покоробило оттого, что парень так легко подчинился Динской, а его словами демонстративно пренебрёг. Но, с другой стороны, к чему ему его слушать? Какой он для него авторитет?

– Если ты вздумал меня опекать, то это не обязательно. Всё равно ты скоро уедешь. Но завтра мы обязательно пойдём к отцу.

У Аглаи в ушах аж защекотало. Так и бывший муж Светланы Львовны тоже здесь? Куда они к нему пойдут? Спросить? Нет. Ещё чуть-чуть надо подождать. Где же Светлана Львовна и её обаятельный бывший сослуживец? Что-то они долго там…

Арсений с тревогой ждал возвращения матери и Волдемара. Водка бродила в нём, всё настойчивей добираясь до глубины его обиды. А может, взять и высказать всё, что накипело, о том, как этот Волдемар разрушил их семью, что он уголовник, что он… Но после этого надо будет встать и уйти. А это уже поражение. Куда ему деваться ночью поддатому?

– Может быть, пойдём прогуляемся немного? – предложил Арсений.

– Зачем? Поздно уже. – Димке идея показалась дикой и неуместной. Аглая тогда точно пойдёт к себе… Хорошо ли это? С одной стороны, ему не хотелось, чтобы девушка уходила, с другой – чем больше она рядом с Арсением, тем больше он беспокоится.

– Прекрасная идея. – Аглая захлопала в ладоши. – Надо проветриться. А я заодно зайду за Пусей и погуляю с ним. Он уже наверняка бесится.

– А родители твои где? Они с Пусей не погуляют? – Димка, уже никого не спрашивая, налил себе ещё вина.