Вот отчёт Дрофа. Толковый человек, обстоятельный, сразу видно: из мастеровых. Почерк у него мелкий, строки ложатся ровно. Подчеркивать важное любит, словно оформляет заказ. Приложил полный список расхода денег. Указал, что не истрачены два арха и семь полуархов, кои надо вернуть ар-клари, поскольку взяты были у него, лично. Безнадёжно порядочный человек, вся стража зелёного города такова. Зря что ли Ларна их по одному человеку сам высматривал? Вот у кого на людей чутье… Михр вздохнул. Что болтают в трактирах? У ал-Лимов за две недели побывали шесть курьеров, считая погибшего, и все спешно: уплыли в тот же день, что прибыли. Небывалая суета. Ар-Выдхи наоборот, сидят в поместье безвылазно и никого не принимают. Чего испугались? Ар-Багги наносят визиты всем подряд. И сами зазывают в гости. Вот ещё: сманивают чужих стражей-выров. Обещая большие деньги и даже долю в торговле. Дальше – бытовое. Ар-Рапры вломились в особняк ар-Фангов и учинили драку, настояли на дележе денег. Ну, это и Шрон говорил. На острове назревает большая склока. Ещё новости… Ар-Капры всех уведомляют о намерении сделать сезонные бои на отмелях платными. Законно и гласно, прежде-то они золото втихую собирали, об этом все знают. Ар-Карсы заявили, что зелёный мрамор, валяющийся на берегу грудой, принадлежит им, и город должен заплатить долю, хотя покойный кланд ар-Сарна давно рассчитались за товар, аж семь лет назад. Ар-Тадхи поругались а ар-Горхами и отказали им в поставке корабельного леса. Желают переправлять его в Горниву.
Ар-клари устало потёр затылок. Унятая клюквенным соком боль накопилась заново. Или голова гудит от мыслей? Словно разгадка где-то рядом, а он, дурак слепой, не желает её видеть. Шесть десятков выров в столице. Мало, сплошное везение! По осени было полторы сотни, а в дни, когда смяли кланда, так и две с половиной набралось, толпа – ему рассказывал Ларна… Всего трое главных подозреваемых. Есть указанная Шроном вполне здраво угроза второго убийства. Может, пора начать искать возможную жертву? Михр перебрал тросны и рассердился на себя ещё зле. Надо было не потакать закону, запрещающему изымать документы из архива. Просто взять у стража полный лист выров города, на время, как предлагали – прикрыв малое нарушение правил особыми обстоятельствами. Или задержаться и сделать полный список. Если бы знать, против кого затевается игра! Тогда сделалось бы ясно, каких выров следует оберегать.
Тросн от воров. Гнилой, как и сами эти гнильцы. Смутно видели. Издали заметили. Деталей не разобрали. Внизу десять строк заверений: не брали заказов на выров, не передавали троснов и не вмешивались ни во что.
Листок от нищих. Занятный. Так спокойно написан, деловито. Еще бы! Кто всё видит? Скрип верно сказал: его «слепые», лучшие наводчики для воров и осведомители для охраны. Они как раз насчитали возле места убийства двух выров. Описали второго. Средних размеров боец. Увы, без особых примет. Темно-бурый панцирь. Ночью не показательный цвет… Вот: обещают приглядеть за всеми живущими в городе вырами и проследить их перемещения в последнюю неделю. По мере сил…
От мыслей отвлёк Юта, он плыл быстро и пенил воду.
С набережных народ показывал пальцами, вслед глядел из-под рук… Ещё бы! Выры редко плывут в полную силу без погружения. Да ещё такие здоровенные. И в добавок – с собакой на спине. Маленькой, беленькой, испуганно воющей на весь канал… неуютно на панцире, скользком и залитом пеной.
– Ютти, иди в лодку, – пригласил Михр, протянув руку.
Пёс благородно лизнул пальцы и охотно прыгнул. Лег на дне, выбрав сухое местечко. Тяжело вздохнул… Пережитый страх ещё дыбил загривок и заставлял чуть вздрагивать шкуру. Нырять с выром! Люди едва выдерживают, особенно с непривычки. Собственно, кроме Ларны пока что в городе ныряли только двое – Михр и его помощник. Памятное дело… была облава в гнилой гостевой слободе, хотели подойти незаметно. Михр усмехнулся, припоминая, как из воды явился Ларна со своим топором. Зрелище, способное искупить все страхи погружения. До сих пор набережная главного канала слободы тиха и благополучна самой глухой ночью. Всё ворье знает: глубина этого канала позволяет скрыть слишком многое. Например, здоровенного боевого выра вместе с вооруженным пловцом. И даже трех выров с тремя пловцами.
– Мы осмотрели грот, – отчитался Юта. – Ютти нервничал, там затхло и темно, но все же он молодец. Справился с собой. Обнюхал вещи, пол, стены. Не тот запах. И сабли нет. Вообще вещей нет, никаких. Тагги зато много. Зелёной. Он, полагаю, приторговывает – хозяин грота, а то и производит на заказ.
– Зелёная не запрещена. Пусть себе производит.
– Не спорю, просто объясняю, почему он живёт в гнилых гротах. Тагга хорошо настаивается без света. Особенно зелёная. В неё добавляют…
– Не надо делать меня зелёным подробностями рецептуры. Гадость в неё добавляют, если по человечьим меркам.
