Я фыркнул, демонстрируя свое отношение к словам Дэнуца. Как же. Переходящая. Что-то я не припомню, чтобы должность эта меняла хозяев.
- Ты уверен, что это тот же упырь? - сомневаюсь я в блестящих дедуктивных способностях мэрского сынка. - Я готов об заклад побиться, что она - 'девственница'. Белки чистые - ни кровиночки. Да и... Можешь описать трупы? - внезапно осенило меня.
- А то ты работу упырей никогда не видел, - Дэнуц напрягся. На выражении его лица это никак не отразилось - все-таки, сопляк здорово подтянул мастерство блефа за время моего отсутствия. Но левая рука дернулась. Едва уловимое рефлекторное движение, тут же подавленное и взятое под контроль, но у меня был хороший учитель психологии. Лучший. Сизер ломал меня лично. Долго, со вкусом, добиваясь полного подчинения и послушания. Он добился. Лишь на время, что удивительно, пусть и растянулось это время на бесконечные годы. А еще он добился того, что я стал замечать малейшие изменения в поведении окружающих, предсказывая следующий шаг противника с точностью телепата. С самим Сизером мне это удалось лишь однажды. И в результате я обзавелся новой жизнью и новой личностью, а Смотрящий обзавелся парой новых шрамов.
- Я-то видел... А еще видел, как выглядит упырь, отведавший крови хотя бы раз. И знаю, во что превращается тварь, имеющая на своем счету семь жертв, - я прищурился. Зажатый в руке нож перехватил поудобнее, особо не скрывая маневр. Смысла нет, сейчас сопляк сорвется. Надеюсь, Смотрящий успеет к кульминации шоу. Маячок, прицепленный 'дружеским' хлопком по плечу, я намеренно снимать не стал.
- Ты...
- Да, Дэни, я. Я все еще Чистильщик, как бы мне ни хотелось верить в обратное, - стараясь говорить помягче, я пошел на блондина.
Тот взвизгнул, выхватил пистолет, попятился. Я лишь усмехнулся пошире, принимая в грудь одну за другой три пули. Пули ложились рыхло, ни одна и близко к сердцу не прошла.
- Эх, Дэни, Дэни. Тебе не говорили, что завидовать нехорошо? Ну родился ты человеком - живи им, пока можешь. А там, глядишь, и повезло бы умереть кем-то покруче. А теперь не повезет. От моей руки становятся трупами. Настоящими, смирными. Сытным кормом для червяков, ничем большим.
Четвертый выстрел. Дэнуц выплевывает ругательство и перехватывает оружие в правую руку. Смеюсь, показывая, что заметил маневр. Так уж повелось, что леворукость в нашем городе - отличительная черта тех, кто перешагнул порог. Мальчишка всегда пытался подражать, но что делать, если ты человек, да еще и рожден правшой?
Пятый выстрел.