Это не сильно помогло - запах крови все еще слишком настырно лез в нос - но хотя бы пропало сводящее с ума зрелище такой близкой, но такой недоступной пищи. Переступить через то, чему учила Ли, и побоями вколачивал Смотрящий, Тали не могла. Во всяком случае, пока что. Возможно, если бы она знала, что точно справится с добычей...
- Ты способная ученица. И хорошая девочка. Сильная, - Смотрящий продолжил делать вид, что не понял, чем Тали занималась в тот момент, когда он явился. Хотя все он прекрасно понял, вряд ли каменная крошка на подоконнике укрылась от его внимательного взгляда. - Но боюсь, этого слишком мало. Рано или поздно природа все равно возьмет свое. Возможно, ты протянешь еще какое-то время. Еще месяц. Может, два. Если бы к тому времени, когда голод станет сильнее тебя, ты научилась не срываться и не идти в разнос от вкуса крови, ты, наверное, смогла бы питаться кровью домашних животных. Все равно без человеческой загнешься рано или поздно, но это произошло бы не так быстро.
Тали слушала неожиданный рассказ, распахнув глаза и развесив уши. С тех самых пор, как она научилась худо-бедно осознавать себя как мыслящее существо, а не как пустоту, наполненную голодом, она не раз задумывалась, почему все именно так. Почему Тали испытывает голод, а окружающие - нет? Почему ее все боятся? Даже Ли, хоть и говорит, что любит, даже Смотрящий, хоть Тали и уверена, что бояться должны его.
- Спокойно, спокойно, ты слишком любознательна для нежити, - Смотрящий рассмеялся.
Тали поморщилась.
- Мне вот интересно, ты поняла, что при любом раскладе долго не проживешь?
Тали пожала плечами. Она понятия не имеет, что значит "долго".
- Впрочем, ты ведь и так мертва, - мужчина прервал смех, даже улыбаться перестал. - Уже не человек, а лишь ненужное горе для матери, которая не способна отпустить.
Тали напряглась: если нет улыбки, значит, вскоре последует удар. Удара не последовало, последовала резкая смена темы.
- Несмотря на то, что этот город принадлежит живым, в нем есть еще такие, как ты. И один из них уже много недель творит черте-что на улицах вверенного мне города, - Смотрящий нахмурился, полез за пояс, выудив оттуда тускло блеснувшую металлом опасную даже на вид штуковину. - Шесть трупов, а я до сих пор не могу поймать засранца. Шесть убийств, Тали. Шесть. Если это один и тот же упырь, его уже не остановить. Не человеку, так точно. Вот ты говоришь: убивать плохо. А он не в курсе. Он жрет. Жадно, расточительно, бросая трупы прямо на улице, едва попробовав. Представляешь, каждую неделю он убивает, чтобы насытить свой голод. А ты боишься дать волю своему.
Каждую неделю... Тали сглотнула и даже на мгновение зажмурилась крепко-крепко, чтобы отогнать подступивший к горлу ледяной комок голода. Так не бывает. Это какое-то обжорство просто. Да если бы у Тали была возможность так... каждую неделю... Клыки перестали помещаться во рту, верхняя губа поползла вверх, кривясь в хищной гримасе. Она жалобно взглянула на Смотрящего.
Он вздрогнул, но быстро вернул себе прежний невозмутимый вид. Только вот металлическую штуковину наставил на Тали.
Она недоуменно уставилась в темное, глубокое отверстие в вытянутой передней части штуковины. Из отверстия пахло резко и неприятно. Настолько резко, что даже запах крови, все еще царивший в комнате, потерялся на фоне этого нового запаха. Стараясь не подавать виду, Тали втянула ноздрями как можно больше этой вони. Наваждение немного отступило. Но тут Смотрящий заговорил вновь.
- Да, представь себе. Он еще и гурман, ко всему прочему. Не ограничивается шейной артерией, нет, ему подавай брюшную аорту. Разворотит полтела, а коронерам потом запихивай это все безобразие обратно, чтобы отдать родственникам на захоронение. Вот ты, представься тебе такая возможность, с чего бы начала? Впилась бы в шею, верно?
Тали сжала кулачки и дернулась. Она покажет этому гаду, с чего бы начала. С горла, конечно же. Только не с артерии, а с гортани, с мягкой части прямо под подбородком. Один глубокий укус, рвануть посильнее, вырывая голосовые связки... заставить его наконец-то замолчать! То, что почувствуй она вкус крови, ее собственный голод молчать больше не будет, как-то вылетело из головы, вытесненное злостью на Смотрящего.
- Стоять!
Окрик заставил вздрогнуть, но не остановиться - злость оказалась сильнее. Шаг. Такой крохотный, но такой огромный: Тали почти сумела перешагнуть через бездну страха, все еще отделявшую ее от нападения на Смотрящего. Все-таки уроки она запоминала хорошо, и страх стал его надежным защитником. Даже сейчас.
Резкий, отрывистый звук разорвал тишину едва начавшейся ночи. Нечто мелкое, но ужасно быстрое вырвалось из темного отверстия, направленного на Тали, просвистело мимо ее уха и с визгом впилось в стену у окна за спиной.
