— Для безопасности. На Земле почему-то наивно полагают, что Вселенная примет нас с распростертыми объятиями. Но мы уже дважды получили «по зубам»: сначала воздействие темной материи, а теперь и эти кристаллы.
— То есть, вы не согласны с политикой Партии и концепции дружественной Вселенной?
— Да! Если хотите, можете организовать надо мной товарищеский суд. Я готов доказывать свою позицию.
В кают-компании воцарилась напряженная тишина.
— В его словах есть здравый смысл, — вдруг вступился за командира главный инженер, — мы не знаем, что это за кристаллы. Каковы их намерения. И, нельзя отрицать тот факт, что они повели себя… агрессивно.
— Это мы повели себя агрессивно, — парировала Андромеда, — Прилетели и начали ломать кристаллорастения. А они просто защищались.
— Тем не менее, если Партия верит в «братьев по разуму», это еще не значит, что инопланетяне будут нам рады. Поэтому, я настаиваю, чтобы мы были крайне осторожные, — сказал Ригель.
— Хорошо, — кивнула Андромеда, — но изменение состава послания требует… согласование с Землей.
— Андромеда Сирусовна, вы же понимаете, что на это уйдет больше семи лет!
— Тем не менее, этого требует Протокол.
— В случае чрезвычайных обстоятельств мы имеем право изменить протокол.
— Но пока обстоятельства… самые обычные, не чрезвычайные.
— Хорошо, — проговорил командир, скрипя зубами, — пусть будет по-вашему. Вышлем в ЦУП новый вариант послания и будет ждать ответа. Но, тем не менее, я дам искину приказ отвести звездолет от планеты на более безопасное расточение.
— Ну… тут я не возражаю, — развела руками Андромеда.
Дима и Аиша, как всегда, бегали по «трубе», высоко подпрыгивая, от чего они иногда зависали в середине, где почти не было тяготения. Они взмывали ввысь и парили в зените, где притяжение почти отпускало их, словно даря короткий миг свободы. Внезапно, словно очнувшись от очарования полета, Аиша воскликнула:
— Урок! Мне пора на урок!
— На твою ксенопсихологию? — с усмешкой отозвался Дима. — «Зеленых человечков» изучать?
— Именно! — парировала Аиша, шутливо наградив брата легким шлепком по затылку, и стремительно умчалась.
Прибыв в класс, Аиша едва успела занять свое место. Андромеда Сириусовна, строгая, но справедливая, уже включила голографический проектор, погружая аудиторию в волшебство космических далей.
— Садись, — кивнула она в сторону небольшой группы учеников, расположившихся за партами.
В мгновение ока на экране вспыхнул Сатурн, величественный газовый гигант, окруженный кольцом и спутниками, похожими на небесные самоцветы. Изображение приблизилось, выхватывая из свиты спутников один, ставший центром внимания. Перед юными зрителями предстал Энцелад, серый шар, испещренный мелкими крапинами и мерцающими синеватыми полосами.
— Сегодня наш урок посвящен жизни во Вселенной, — объявила учительница. — Перед вами Энцелад, спутник Сатурна. Как вам известно из курса астрономии, это одно из небесных тел нашей Солнечной системы.
— Сатурн похож на Проксиму Центавра е, — заметил один из учеников, — Только не красный.
— Верно, Андрей, — подтвердила Андромеда Сириусовна. — Спектр нашего Солнца отличается от спектра красного карлика, к которому мы направляемся. Но позвольте нам вернуться к теме урока. На Энцеладе обнаружены примитивные формы жизни, а именно бактерии-экстремофилы, обитающие в гейзерах и в океане, скрытом под толщей ледяной коры. Пока что многоклеточные формы жизни здесь не обнаружены.
Голографическое изображение сменилось другим, представляющим собой небесное тело грязно-желтого цвета с вкраплениями коричневых оттенков.
— Это Титан, еще один спутник Сатурна, — пояснила Андромеда Сириусовна. — И здесь мы обнаружили простейшие формы жизни, также экстремофилы, населяющие гейзеры и океан под ледяным панцирем. Как и на Энцеладе, более сложные организмы пока не выявлены. Аналогичные микроорганизмы обнаружены и на Европе, спутнике Юпитера.
Теперь на экране появился голубой шарик, весь испещренный коричневыми каналами и пятнами.
— А вот на Марсе… жизни нет.
На экране появилась красная планета.
— Точнее, нет сейчас. Не считая искусственно привнесенную жизнь в виде людей и земных микробов. Но… она там была несколько миллиардов лет назад. На Марсе обнаружены окаменелости цианобактериальных матов. Но дальше жизнь развиться не успела, в отличие от Земли. Причина — Марс очень быстро потерял свою атмосферу и водную оболочку.
Затем появилась другая планета, светло-коричневая, с оранжеватым оттенком.
