Они снова уставились на голоэкран с формулами и графиками. Ульяна пыталась сосредоточиться на числах и символах, пытаясь понять их, но ее мысли постоянно возвращались к тайному письму, отправленному на Землю. Она чувствовала, что они оба вступили на скользкий путь, и не знала, куда он их приведет. А Ли Вэй, тем временем, делал множество манипуляций, да так быстро, что Орлова едва успевала следить за его руками. А потом она просто расслабилась и перестала даже наблюдать за тем, что делает ее коллега.
Внезапно на экране появилось новое сообщение. Текст был зашифрован, но Ли Вэй быстро расшифровал его.
— Это Ван Фэй, — сказал он с облегчением. — Она пишет, что получила наше сообщение и уже думает над проблемой. Возможно, она найдет какие-то… резервные мощности. Она говорит, такие есть, правительство держит их на всякий случай, и они все равно простаивают. Мы можем их задействовать. Ван Фэй говорит, что через несколько часов она сообщит, получилось у нее или нет.
— Неужели все так просто? — удивилась Ульяна, — просто взять и позаимствовать резервные мощности у правительства?
— Если честно, не знаю, — ответил Ли Вэй. — Но пока будем надеяться на лучшее. А теперь… давай вернемся к формулам. Может быть, мы все-таки сможем самостоятельно найти выход из этой ситуации.
Ли Вэй снова погрузился в изучение данных, а Ульяна лишь тихонько наблюдала за ним, стараясь думать о хорошем и мысленно подбадривая себя. Но в глубине души она понимала, что их судьба теперь во многом зависит от действий незнакомой женщины, находящейся на расстоянии миллионов километров от них.
После того, как Михаил выспался и пришел в себя, он продолжил работать над проблемой. Правда, на этот раз он старался не загонять себя и больше отдыхать, но это удавалось ему плохо.
Однажды, когда Самсонов тестировал очередную гипотезу, к нему подошел Ли Вэй.
— Отвлекись немного, мне нужно кое-что тебе сказать.
Михаил посмотрел на него своими покрасневшими глазами.
— Ты хотел сказать, что мне нужно отдыхать? Знаю.
— И это тоже. Но, на самом деле, у меня есть хорошая новость. Я знаю, как решить проблему.
— Да? И как же?
— Пойдем, прогуляемся.
Они поднялись в «трубу». Здесь несколько человек упражнялись в невесомости.
— Пойдем в обсерваторию, она, кажется, не занята, — предложил Ли Вэй.
Действительно, смотровая площадка была свободной. В нее, конечно, время от времени, кто-нибудь заглядывал, чтобы полюбоваться на звездное небо, но, как правило, не долго. Да, вид красивый, но он постоянно крутится, и целыми днями ничего не меняется. Разве что Солнце постепенно теряет яркость и уменьшается в размерах. Сейчас оно выглядело как очень яркое и все еще слепящее глаза белое зернышко.
— Давай только вот о чем договоримся, — сказал Ли Вэй, — о том, что я сейчас тебе сообщу, никому не слова. Даже командиру.
— А Ульяне?
— Она уже знает.
— Знает? И скрывает от меня?
— Это для твоего же блага. Лучше, если ты услышишь правду от меня.
— Ладно. Давай говори. Я заинтригован.
— Одна знакомая из центра управления согласилась мне помочь. Мы получим вычислительные мощности. Не в том объеме, как запросили, но это лучше, чем ничего. И… это будет неофициально, так что не стоит никому об этом распространяться. В том числе и командиру. Еще раз тебе об этом напоминаю.
Самсонов удивленно посмотрел на него.
— Подожди, — сказал он, — ты хочешь сказать… что… ты воспользовался служенным положением, чтобы получить эти… мощности?
— Увы, пришлось прибегнуть к некоторым хитростям. Ты же знаешь эту Аишу Муайлему, она всегда настоит на своем.
— Да уж, знаю, — пробормотал Михаил, вспомнив, что когда она зарубила его проект, на который тот возлагал большие надежды.
— Ну вот, ты понимаешь ситуацию, — улыбнулся Ли Вэй.
— Подожди… — Самсонов задумался, — но ведь это… должностное преступление! Ты же понимаешь, что моя коммунистическая сознательность не позволит мне молчать.
— Ладно. Давай представим, что ты доложил командиру. Что дальше?
— Ну… звездолет вряд ли повернут обратно. Да и челнок не будут тратить, чтобы тебя ссадить с корабля и судить на Земле. Думаю, командор устроит над тобой товарищеский суд. Я, конечно, буду тебя защищать, так как ты руководствовался благими намерениями. Но…
— Вот! Ты будешь меня защищать. И не только ты. А кто-то будет придерживаться обвинительной позиции. У нас будет раскол. Ты понимаешь, чем это грозит?
— Да, потенциальная опасность есть. Опасность бунта. Если честно, я не знаю, как с тобой поступить. Но… ты же понимаешь, что нехорошо делать вот так… за спиной командира?
— Понимаю. Но из двух зол я выбираю меньшее. Вообще, я полагаю, в будущем мы сможем ему сказать. Надо только его к этому подготовить.
— Да, наверное, ты прав. Ладно. В любом случае, спасибо, что помог.
