Виктор и Ли Вэй, с яростным кличем, бросились на призраков, разрубая их своими мечами. Но те, словно дым, тут же восстанавливались, окружая их со всех сторон. Они отбивались, уклонялись, нанося удары, но врагов было слишком много.
В этот момент Михаил, забыв о страхе, сосредоточился. В его глазах вспыхнул огонь решимости. Он увидел истинную сущность мага — слабую и уязвимую, спрятанную за маской тьмы. Михаил собрал всю свою силу, всю свою ярость, всю свою ненависть к злу и нанес один единственный, решающий удар. Его меч, словно молния, пронзил защиту мага, рассекая тьму.
Раздался душераздирающий крик, полный боли и ярости. Тело темного мага задрожало, заискрилось, и рассыпалось в пыль, развеянную ветром. Призрачные воины исчезли вместе с ним, а тьма начала отступать, уступая место свету.
Герои, израненные, но непобежденные, подошли к Сердцу Унутрии. Михаил осторожно снял кристалл с дерева, и тот засиял с новой силой, озаряя окрестности. Они вернулись в замок, где их ждал король Артур. Увидев их, он вскочил с трона, его лицо светилось радостью.
— Вы сделали это! Вы спасли Унутрию!
Король Артур взял кристалл в руки. Его свет, чистый и яркий, рассеял мрак, окутавший страну. Темные тучи рассеялись, словно кошмар, и солнечный свет снова коснулся земли. Цветы распустились, птицы запели, и жизнь вернулась в Унутрию. Страна была спасена.
Михаил и Ульяна ощутили себя лежащими на кровати в каюте. На экране, словно бриллианты, нагло поблескивали звезды, как будто напоминая о том, что они в глубоком космосе, а не в сказочной стране.
— Хорошая была игра, — вздохнула Ульяна, — жаль, быстро лимит кончился. Не скоро нас снова пустят в виртуальную реальность.
А потом вдруг из ее глаз брызнули слезы.
— Ты чего? — испуганно спросил Михаил, прижимая супругу к себе.
— Платье. Жалко платье, — всхлипнула она, — такая красота. Но его придется сдать обратное, чтобы его разобрали на атомы.
— Да не переживай ты так. Дизайн-то остался. А его материальное воплощение… ну… его же всегда можно вновь напечатать на 4Dпринтере.
— И так, подытожим, — сказал Константин, выслушав доклады починенных, — психическое состояние экипажа стабильное, новых случаев обнаружения маркеров рака нет, энтропийная нестабильность в реакторе снизилась. На основании этих данных приказываю включить маршевые двигатели и обеспечить ускорение один сантиметр на секунду в квадрате. Инженерный отсек, приступить к выполнению.
— Есть, товарищ командир, — бодро отрапортовал Даниил.
Когда совещание окончилось, Эрика отправилась в обсерваторию. Там, на смотровой площадке, она увидела Лю Минцюаня.
— Что сказал командир? — спросил он.
— Что будем ускоряться. Снова включим маршевые двигатели.
— А про меня?
— Ничего. Твой режим не изменился: ты можешь выходить в «трубу», жить в своей каюте, но в технические отсеки вход по-прежнему запрещен.
— Но я нужен на своем рабочем месте!
Эрика вздохнула. Она понимала его отчаяние, но приказ есть приказ.
— У тебя же есть ученики, — напомнила она, — ты передаешь им свои знания.
— Это недостаточно. Тем более, процесс обучения идет крайне медленно.
Лю Минцюань отвернулся к смотровому окну. Перед ними, в кромешной тьме межзвездного пространства, мерцали далекие звезды. Они напоминали ему о доме, о Земле, о тех, кого он оставил позади.
— Я просто хочу быть полезным, — прошептал он, почти неслышно.
Эрика подошла ближе и положила руку ему на плечо.
— Я знаю, — сказала она. — И мы ценим твою помощь. Но сейчас безопасность экипажа — превыше всего. А времени у нас в запасе много. Как минимум, пятьдесят лет, прежде чем мы достигнем цели, если не больше. Так что… не унывай. И не ищи больше в логах квантового компьютера «инопланетный код».
Она оторвала взгляд от мерцающих звезд и посмотрела на Лю Минцюаня. В его глазах она увидела смесь обиды, разочарования и, может быть, даже страха.
— Обещай, — сказала Эрика, — что если что-то случится, ты дашь мне знать. Даже если ты не можешь быть рядом с оборудованием, твои знания нам необходимы.
Лю Минцюань кивнул, не отрывая взгляда от бескрайней тьмы космоса. Он знал, что его время еще придет. И когда «Красной стреле» снова потребуется его помощь, он будет готов. Но сейчас, ему оставалось лишь ждать.
