— Почту за честь, граф Валерьент, — сказал он Джирету. Совершенно равнодушный к тому, что ритуал требовал уединенности (правда, матросы перестали галдеть и с любопытством уставились на диковинное зрелище), потомок верховных королей Ратана, наследный принц Аритон Фаленский опустился на колени перед своим будущим подданным. С пронзительной четкостью выговаривая каждое слово (не зря Халирон учил его искусству дикции), Аритон произнес традиционную клятву наследного принца своему подданному, которого отныне брал под покровительство. Клятва заканчивалась словами:
— И за принесенный тобой дар верного служения, за твою верность мне, знай же, граф Джирет Валерьентский, покровительство, оказываемое тебе, будет продолжаться до моего последнего вздоха, до тех пор, пока в моих жилах остается хоть капля крови. И да будет Даркарон мне свидетелем. Я возвращаю тебе этот кинжал. Возьми его как знак моего доверия, а вместе с кинжалом прими и мое искреннее благословение.
Джирет помнил: когда семь лет назад Аритон приносил такую же клятву его отцу, наследный принц едва держался на ногах от измождения. Сейчас Повелитель Теней был полон сил. Улыбаясь, он поднялся с колен. Судьба соединила его и Джирета еще тогда, после страшной бойни в Страккском лесу. С этой минуты их узы стали несравненно крепче. И только Аритон и Джирет знали о магической силе, скрытой в словах древней клятвы. Ни Диркен, ни матросы об этом даже не догадывались.
Местом разговора с Джиретом Повелитель Теней избрал штурманскую рубку «Черного дракона», куда самым дружеским тоном пригласил и Диркен.
Капитан оставалась холодной как камень. Ей очень хотелось уйти, однако что-то удерживало ее в рубке. Стоя в пролете узкой лестницы, Диркен спросила:
— А как быть с этим толстым пророком? Мои ребята наткнулись на него в одном веселом местечке. Если надо, я могу послать за ним своего помощника.
Аритон выбрал себе место возле иллюминатора. За стеклом переливался огнями праздничный Иниш. Услышав вопрос, Фаленит махнул рукой.
— Есть дела поважнее Дакара. К утру я так и так собираюсь покинуть Иниш. Пусть еще понежится в своей стихии.
Появившийся юнга поправил фитили в висячих лампах и бесшумно скрылся за дверью.
Наконец-то Джирет смог как следует рассмотреть своего господина. Аритон и в самом деле ничуть не изменился с того дня, когда они расстались в Страккском лесу. Джирет запомнил его изможденным и осунувшимся (впрочем, тогда так выглядели все уцелевшие бойцы деширских кланов). Нынче принц был воплощением спокойствия и самообладания. Молодой Валерьент разглядывал изысканный наряд менестреля с украшениями из серебра и оникса, шелковую рубашку с манжетами, доходящими почти до самых ладоней принца. Тогда они были покрыты мозолями. Сейчас мозоли оставались лишь на подушечках пальцев — неизбежные спутники музыканта. Джирет снова вспомнил про подаренный Аритону ножик. Интересно, на что бы он сгодился в теперешней жизни принца? Для лиранты ножик был бесполезен. Да и едва ли принц сохранил этот подарок.
Трудно было поверить, что когда-то этот худощавый человек, словно рожденный для музыки и песен, силой магии безжалостно расправлялся с итарранской армией, спасая деширские кланы от полного истребления.
Граф Валерьентский сел напротив, в своей простой куртке из некрашеной кожи. Нелепая в городе, в лесу такая одежда позволяла бойцу ничем себя не выдать. Даже тесемки были подобраны так, чтобы случайно не сверкнуть на солнце и не зашелестеть от ветра. Орехово-карие, с крапинками, глаза Джирета безотрывно глядели на принца, а по возмужавшим плечам вились локоны рыжих волос. Такие же волосы были у его покойной матери.
Диркен не стала садиться. Она уперлась спиной в выступ переборки и сжалась, словно кошка, которой не удавалось целиком спрятаться от дождевых капель. Ей было не по себе от этой встречи и начавшегося разговора. Сдерживая закипавшую внутри злобу, Диркен слушала слова Джирета, переносившие Аритона туда, куда ему отчаянно не хотелось попадать снова.
— Ваше высочество, Лизаэр собирает силы, чтобы двинуться на вас войной. Он ни на один день не прекращает своих приготовлений. Вопреки всем стараниям Каола, вести о джелотских событиях достигли Итарры.
— Молву не остановишь,-сдержанно ответил Аритон. В свете масляных ламп его зеленые глаза казались почти черными. Самообладание давалось ему все труднее.
— Скажи мне, Джирет, какой ценой вы купили эти несколько месяцев неведения? Сколько людей погибло?
Джирет понял: принц спрашивал не о погибших бойцах кланов.
Молодому Валерьенту стало тяжело выдерживать устремленный на него взгляд, но он был настоящим сыном своего отца и не дрогнул.
— Об этом надо спрашивать Каола. Когда я отправлялся вас искать, на севере еще не знали о Джелоте. Сейчас разговор не об отдельных погибших. Армия Лизаэра угрожает гибелью моим соплеменникам и вашим подданным. Я хочу знать, можем ли мы рассчитывать на вашу помощь. Тогда будет ясно, скольким из нас удастся выжить.
Джирет умолк, стиснув под столом тяжелые кулаки. Чувства, бушевавшие внутри, не прорвались наружу.
