Больно было только в первый момент, когда клыки вспарывали кожу и разрывали вену, потом же наступало состояние, в котором боль становилась мучительно-сладостной. В этот момент Руин терял способность логически мыслить, погружаясь в трансовое состояние, но вот слышать и запоминать мог прекрасно.
Вампирша сделала всего несколько глотков, после чего подставила под тонкую струйку крови объёмный хрустальный кубок.
— Держи вот так, — с елейной улыбкой она вложила ёмкость в свободную руку Руина. — И если хотя бы капля упадёт на пол, мне придется взять назад своё обещание, и никакого обращения ты не получишь. — Она многозначительно взглянула на юного донора и, убедившись в том, что тот понял её и вполне владеет эмоциями, потеряла к нему всякий интерес.
Она небрежно вытащила из находящейся на журнальном столике пачки шёлковую салфетку, изящным жестом промокнула губы и вновь повернулась к Илеку
— Так вот… Её участие даже изначально планировалось лишь как начальное звено в цепи, но не обязательное. Видит Создатель, я хотела сделать всё красиво, но эти жалкие охотники, возомнившие, что могут вообще что-то нам противопоставить…
— Осмелюсь сообщить, госпожа, что те двое, которые помешали вам тогда, как раз недавно получили заслуженное возмездие, — заискивающим тоном доложил Илек, и его губы тронула гаденькая усмешка. — И больше никогда не будут вмешиваться в ваши планы.
Лорин отстранённо взглянула на помощника и лишь слегка приподняла бровь, принимая новую информацию к сведению.
— Надо было прихлопнуть их сразу, но я тогда надеялась, что эту сучку ещё можно завербовать, — зло процедила вампирша, поигрывая колодой карт. — Но ничего, главное, что сейчас всё идёт так, как нужно. Да, пришлось импровизировать и действовать грубо. Я это не люблю, но главное для меня — результат.
Илек слушал госпожу с подчёркнутым вниманием.
— Глобальная цель оправдывает любые средства, не так ли? — произнёс он с едва уловимой иронией, искусно замаскированной под налётом почтения.
Лорин усмехнулась, выцепив вниманием эту интонацию и резко вскинула глаза.
— Ты что-то имеешь против? — Глаза Лорин приобрели насыщенный синий оттенок. — Скажи честно, ты тоже, как эти шавки-гвардейцы, считаешь, что нужно остановиться и довольствоваться тем, что есть, чтобы не сделать хуже? И забыть про этот портал? Про пророчество? Отказаться от самой возможности изменить судьбу нашего мира?
Зрачки Лорин превратились в два омута, способных затянуть в свою глубину любого, имеющего неосторожность посмотреть в них дольше двух секунд.
— Что вы, госпожа, разве я могу перечить вам, — кротко ответил Илек, демонстративно опустив голову. — Но если вам интересно моё мнение, то… я бы осмелился напомнить о тех законах, что были открыты нашими великими предками. И… о тех ошибках, которые они совершили. Сломав несущую стену, чтобы построить дивную оранжерею, мы рискуем сравнять с землёй всё здание…
— Какая ёмкая метафора, — Лорин недобро усмехнулась, обнажив заострившиеся клыки. — Мой дорогой Илек, мы помним об ошибках, но страх их повторения — удел слабых.
Вампирша небрежно бросила колоду карт на журнальный столик, и они разлетелись по нему веером.
— Скажи лучше, как проходит подготовка к ритуалу?
— Мы готовы начать хоть сейчас, госпожа, — с готовностью отрапортовал Илек уже без всякой иронии и скрытого подтекста. — Жертвы уже найдены. Мы ждём только сигнала. И артефакта, разумеется…
— О, артефакт будет, я уверена, — практически прошипела вампирша, — иначе… все его сучки сдохнут в муках.
Лорин скользнула взглядом по Руину, который всё ещё стоял рядом с её креслом на коленях и сосредоточенно держал хрустальный кубок над раной. Кровь шла из порванной вены тонкой пульсирующей струйкой и за то время, что Лорин беседовала с помощником, успела наполнить ёмкость практически полностью.
Было видно, что юноша ослаб, и с каждой секундой ему становилось всё труднее удерживать бокал ровно.
Очертания предметов начали медленно расплываться перед глазами, но Руин всё так же продолжал вслушиваться в разговор, чтобы не упустить ни малейшей детали.
— Довольно, — наконец сказала Лорин, вынимая кубок из подрагивающих пальцев Руина. — Встань и прижми это к ране.
С этими словам Лорин бросила юноше скрученное в тонкий жгут полотенце, которое она быстрым движением вытащила из ящика стола.
Руин замотал запястье и остановился в ожидании дальнейших указаний, чуть покачиваясь от транса и слабости.
Вампирша взяла в руки кубок с ещё тёплой бордовой жидкостью и, сделав аккуратный глоток, царственно поднялась. Проходя мимо Руина, она дотронулась до его обнаженной шеи и медленно провела по коже длинным заостренным ногтем. В этот момент молодой охотник почувствовал, как некая бесплотная сила настойчиво коснулась его сознания.
