Взбудораженная вчерашним массовым шествием, «трубными голосами оркестров», пламенной речью товарища Кравцова, «счастливая сталинская молодежь», готовая до конца бороться за дело Ленина-Сталина, с жестокой беспощадностью обрушила свою ненависть на разоблаченных врагов партии и комсомола, изощренно демонстрируя такое знание большевистско-советского сленга, которому позавидовал бы сам товарищ Сталин.
— В силу отсутствия политической бдительности, беспечности и благодушия некоторых руководящих работников, — открывал глаза делегатам на суровую действительность докладчик товарищ Мерзликин, — врагам народа… удалось пробраться в руководящие комсомольские органы, а также в бюро ЦК ВЛКСМ.
На посту секретаря крайкома ВЛКСМ Азово-Черноморского края находился заклятый враг народа Ерофицкий, который подбирал вокруг себя нужных для своих враждебных целей людей и вместе с ними вел скрытую подрывную работу против партии и советской власти, вредительски разваливал комсомольские организации, противодействовал коммунистическому воспитанию комсомольцев, внесоюзной молодежи и детей и проводил политику отрыва комсомольской организации от партии и внесоюзной молодежи.
После разоблачения врага народа Ерофицкого на пост секретаря крайкома ВЛКСМ пробрался враг народа Ковалев, который, будучи с давних времен врагом партии и народа, — проводил свою гнусную контрреволюционную работу в нашем крае. После разоблачения Ковалева в наш край пробрался к руководству враг народа Брандин.
Вся эта подлая вредительская работа врагов партии и народа внутри комсомола стала возможной потому, что некоторые руководящие работники комсомола прошли мимо указаний товарища Сталина… и оказались неспособными разглядеть особые методы подрывной работы врагов в комсомоле через политическое и бытовое разложение молодежи, и в первую очередь через пьянки».
Докладчик привел сокрушительные примеры такого разложения, назвал учебные заведения и организации, где комсомольские организации оказались наиболее засоренными классово чуждым элементом, врагами народа и их пособниками, не взирая на лица подверг критике конкретных виновников.
— Краснодарская организация, — продолжал зачитывать свою речь Мерзликин, — очищаясь от врагов и вражеского охвостья, изгнала из своих рядов за отчетный период двести семьдесят три человека, которые вредили проводимой работе. Причем из этого количества девяносто два человека исключены как враги и их пособники… Из сорока пяти членов пленума горкома за отчетный период исключено двадцать семь человек, из пленума Кировского райкома из тридцати пяти членов исключено девятнадцать человек, по Кагановичскому району из тридцати пяти исключено восемнадцать человек и по Сталинскому — из двадцати семи членов пленума исключено одиннадцать.
Из пленума горкома исключены заклятые враги народа, трижды презренные фашистские бандиты, предатели нашей Родины Рывкин, Буров, Соломонов. Эти контрреволюционеры, будучи в составе пленума горкома, делали все возможное для развала дисциплины и воспитания комсомольской организации.
Рывкин, Буров, Соломонов, сотни и тысячи других со схожей судьбой, когда-то окруженных почетом и уважением… Их имена превратились теперь в ругательства и почти не употреблялись без грязных эпитетов. Изгнание их с руководящих постов, исключение из партии, комсомола началось немедленно после снятия с работы Шеболдаева. На основе активности, развернутой в парторганизациях края, — отмечалось в докладе представителя крайкома нового состава Ларина на 6-й Краснодарской горпартконференции, — было разоблачено семьсот тринадцать врагов, из них двадцать семь первых и вторых секретарей горкомов и райкомов. Официально проводимая «работа» называлась «ликвидацией последствий вредительства». Суть вредительства раскрывалась в резолюции конференции, принятой по отчетному докладу Краснодарского горкома ВКП(б). «В Краснодарской парторганизации, — отмечалось в ней, — широко было распространено нарушение Устава партии и основ внутрипартийной демократии. Фактически была ликвидирована выборность партийных органов, отсутствовала отчетность их перед партийной массой, ущемлялись законные права членов партии. В организации культивировались подхалимство, угодничество; критика и самокритика всемерно зажимались.
Все это принижало активность комитетов, притупляло большевистскую бдительность, развивало идиотскую болезнь — политическую беспечность и давало возможность врагам народа безнаказанно вести вражескую контрреволюционную работу против партии и социализма.
Враги, пробравшиеся к руководству ГК, озлобляли и вызывали недовольство у коммунистов. Они… глушили сигналы коммунистов, а выступавших с критикой… с разоблачением троцкистов огульно обзывали склочниками…
