Корнеслов полностью

– РУСЬ через буквицу укъ – это РУСЬ, которая находится у чего-то целого, но не является чем-то целым.

Все непонятливо переглянулись.

Сергей улыбнулся:

– Мы уже говорили, что наш некогда единый язык разделился между единым некогда народом и сейчас мы имеем три наречия. Наречие, на котором мы с вами говорим, – русский язык, наречие малоросское и белорусское.

Тихомир догадался:

– Получается, что РУСЬ по-русски будет РУСЬ, по-малоросски будет РУСЬ и по-белорусски будет РУСЬ!

Сергей подтвердил:

– Совершенно верно. Когда народы Руси были по отдельности, то каждая РУСЬ писалась через буквицу укъ.

Тихомир продолжил за него:

– А когда народы были вместе, были одним целым, то тогда РUСЬ писалась через оукъ! То есть РОУСЬ.

Сергей потрепал его по плечу:

– Поэтому одни произносили РУСЬ, другие произносили РОСЬ, а третьи – РОУСЬ.

Затем он стал очень серьезным:

– Теперь слушайте очень внимательно! Оукъ несет в себе образ основа знания. Это образ чего-то целого, со своими устоями, со своими понятиями.

Тихомир вклинился:

– Целое со своими устоями?

Сергей покачал головой:

– Не перебивай. Я позже расскажу вам про понятия Кон, Покон, Завет, вокруг чего эти устои вместе находятся, создавая одно целое. Пока что просто разберем образы слова РОУСЬ. Буквица реци – речь, изречение, течение. Оукъ – еще нужно понимать, что это чувственность и устои, которые как раз и есть Покон, Заветы, которые рекутся. Если мы говорим, что мы речем, а не сказываем, то речение – это передача образов без искажения.

Тихомир все равно встрял:

– Поэтому, говоря ЖРЕЦ, мы подразумеваем: Жизнь Рекущий, то есть тот, кто без искажения передает образы.

Сергей посмотрел на Тихомира и спросил:

– Сочетание РОУ означает сохранение. Но сохранение чего?

Тихомир недолго думая ответил:

– Следующий образ – С – слово. Получается, сохранение слова!

Тихомир разулыбался, а Марфа взвизгнула от восторга:

– Получается, что Русь – это хранительница слова!

Сергей все еще был серьезен:

– Да! Но какого слова?

Лицо Тихомира вытянулось:

– Буквица Ь – ерь – несет образ существующей жизни, данной Творцом как его законченное творение. Получается, что Русь является хранительницей слова Бога!

Все напряженно молчали.

Тихомир окинул всех взглядом:

– Это подтверждает, что Русь является хранителем древнеславянского языка – языка Творца!

Адель разочарованно замотала головой:

– Это очень сложный язык – сложные образы!

Сергей успокоил ее:

– Для всего надо время и терпение. Если ты захочешь узнать исконный русский язык, то тебе понадобится и то и другое.

Адель тяжело вздохнула.

Сергей внимательно посмотрел на нее:

– Но для того, чтобы изучить руский язык, тебе надо сначала осознать: «Зачем тебе это нужно? Какую роль язык, как дар Творца, оказывает на человека? Зачем нам Творец дал язык? Для чего?»

Тихомир задумчиво проговорил как бы для себя самого:

– С этим может разобраться человек ищущий, пытающийся понять и ответить на вопрос: «Кто я и зачем пришел в этот мир?»

Адель еще раз тяжело вздохнула и кокетливо улыбнулась:

– Я буду учиться.

Все рассмеялись.

Только одна Марфа не рассмеялась, а поджала губки и в очередной раз оценивающе посмотрела на «соперницу».

Ей было уж очень любопытно, зачем Адель носит на шее черную бархатку.

Марфа подумала: «Иль для французской красоты, иль скрывает што?»

Она краем глаза посмотрела на дорожную сумку Адель.

Цирковой караван остановился на привал.

Все вышли из кибиток и вагончиков наружу.

Марфа осталась внутри: «Покормить Петра».

Осматриваясь по сторонам в полумраке, она приметила дорожную сумку Адель.

Прислушавшись, чтобы никого не было рядом, Марфа запустила в нее свободную руку.

К сожалению Марфы, в сумке были какие-то одежды, расческа с густым мягким ворсом. Она уже хотела прекратить поиск, как нащупала потайной кармашек у самого дна.

Насторожившись, она запустила туда руку и достала крохотный кисет.

Сергей с Адель и Тихомир прогуливались по обочине в сторону головы каравана, разговаривая о русском языке.

Волкодав невдалеке смотрел, как цирковые пытаются поправить покосившееся на оси колесо вагончика.

Один из них почесал голову и крикнул Данилову:

– Сергей! Помоги – без тебя никак!

Данилов по-цирковому раскланялся перед Адель и пошел на помощь.

Она звонко рассмеялась.

Тихомира что-то насторожило в ее смехе. И уже знакомое чувство тревоги холодком пробежало по спине.