– Может быть, сначала был корест? Слово, то же значащее, что и крыж. И произошло оно от подобия со словом корень!
Тимофей кивнул:
– И слово корзина происходит от слов кора или корень, поскольку сплетается из молодой коры или кореньев. Короб – такой же сосуд, как и корзина, делающийся из тонкой коры.
Тихомир предположил:
– Может быть так, что корабль получил название от короб, потому что он по своему образу действительно как короб, имеющий согнутые бока?
Тимофей согласился:
– Все правильно. Еще от слов кора или корка ответвляется слово скорбь, когда гладят рукой по шершавости. Отсюда ветви оскорбление, прискорбно. Дальше идет корю или укоряю – глагол тоже произведен от названия кора, которая всегда бывает не гладкая, а уязвляющая. А с приложением предлога по выйдет покоряю, где есть понятие об оскорблении. Но когда мы говорим «ваш покорный слуга», то в слове покорный коренная мысль совсем исчезает, потому что здесь мы подразумеваем не принужденную, а добровольную покорность, покорение из учтивости.
У Тихомира возник вопрос:
– А покараю?
Тимофей объяснил:
– Караю почти то же значит, что корю, то есть наказываю, причиняю боль, как бы грубой корой провожу или тру по чувствительному месту.
Но к тому же кора есть самая ломкая, самая хрупкая часть дерева – отсюда крошу.
Марфа спросила:
– А слово крупа происходит от хрупкость?
Тимофей согласился:
– Молодец. Правильно, потому что все раздробляющиеся тела хрупки, при ударении одного в другое или при сокрушении издают звук кр или гр.
Тихомир подключился, энергично высказав:
– Закрыть, открыть, покрыть, крыша, покрывало, покровитель.
Тимофей так же энергично закивал:
– Без сомнения, все эти слова происходят от слова кора и дальше – крою, крыть.
Первые люди находили убежище под ветвями дерев, под кущами и шалашами, где древесные листья и кора служили им первою корышею – крышею или крышкою от непогод.
Так же слово кровь! Откуда могло произойти название кровь, как не от глагола крою! Мысль о скрытности, сокровенности должна была породить это слово в человеческом уме, поскольку он видел, что кровь всегда сокрыта под кожей и не прежде появляется, как после разрезания кожи.
Марфа спросила:
– А слово круг?
Тимофей ответил:
– Кора, которая всегда окружает дерево по кругу, могла представить понятие о круглости. Кружка – оттого, что всегда бывает круглая. Кружево – оттого, что когда его плетут, то, перекидывая коклюшками, всегда делают круг.
Тихомир предположил:
– Тогда слово край тоже могло произойти от кора или корка, поскольку на всяком дереве кора или на всяком предмете корка есть предел, конец.
Тимофей согласно закивал и продолжил за ним:
– От край произошла и крома, или кромка. Отсюда искромсать, то есть беспорядочно резать, без разумения и надобности из целого куска делать многие края.
От крома пошло закромы, закром. Верхний край строения называется кровля или кров, а боковой, то есть стена, назывался кром. Потому что под словом закрома разумеются глубокие ящики, которые делаются внутри житницы по ее сторонам или краям для хранения хлебных зерен. От слова кром, то есть ящик, делающийся при крае житницы, мы, по сходству укладки зерен в этом ящике, стали говорить укромно, укромный.
Отсюда же тьма кромешная – значит самая крайняя. Наречием кроме мы как бы говорим: за краем, вне края.
От понятия укромный мы, уподобляя это тихое и спокойное пребывание зерен спокойствию и тишине наших мыслей, легко можем перейти к понятию скромности, то есть такой же в нас тишине и молчаливости, с какою в кромах лежит хранимое.
Марфа спросила:
– Кроме звуков кр ты говорил про звуки хр и гр?
Тимофей кивнул:
– Чем тверже тело, тем с большим стуком оно раздробляется. Слабейшие звуки тел более ломких, хрупких мы выражаем буквами хр – зерно под ногою хрупнуло, стекло раздавленное захрустело. Для звуков же сильнейших употребляем буквы гр – гром гремит.
А звуки самых твердейших тел, слышимые при их раздроблении, выражаем буквами кр – ударять кремнем, алмазная корка, камень крушить. Буквы кр преимущественнее других служат к выражению звуков тел более твердых, раздробляемых, сокрушаемых на части, крохи ударением молота или иною силою, а потому человек, приближаясь к понятию о твердости, легко мог из того же корня кр извлечь слово крепкий.
Но, услышав над головой звук грома, назвал его звукоподражательно грм, или гором, или гром. Поэтому мы говорим: громко, разгромить, гремлю.
Горло или гортань – оттого, что этот орган человеческий производит такой же шум, что и буквы гр. Отсюда говорим: горланит.
