– Я начинаю думать, что король Санчо подписал договор с Альмохадами и придет с юга. Вот почему он опаздывает. По моим расчетам, они прибудут через месяц; тем временем мы должны оказать неприятелю сопротивление. Погода скоро испортится, это сыграет нам на руку. Солдаты могут охотиться и ловить рыбу, но палатки не защитят их от дождя и снега, а холод и болезни сократят их численность. Они не заинтересованы в длительной осаде.
– Им на замену придут новые! – вспылил Нагорно. – Речь идет о Кастилии. Вы действительно думаете, что их армия насчитывает всего три тысячи человек?
Мы обернулись и посмотрели на расположившиеся внизу войска. Альфонсо, выказывая беспокойство, водил лошадь кругами.
– Что скажете? Я не намерен ждать целый день.
– Капитуляции не будет! – крикнул Чипиа.
Король наклонился к своему знаменосцу и что-то прошептал ему на ухо.
Мы с Нагорно тревожно переглянулись.
Все застыли в ожидании следующего приказа короля. Чипиа сделал знак лучникам занять позиции. Они натянули тетивы, готовые выстрелить в любой момент.
И вдруг мы увидели, как армия разошлась и окружила город. Выгрузив из повозок полотнища, они принялись ставить новые палатки. В другой части лагеря мужчины возились с треногами для походных котелков и вытаскивали кастрюли. Стоявшие рядом с нами жители предместья ножовщиков беспомощно смотрели, как солдаты входят в их дома и обосновываются там, где еще недавно жили они сами.
Постепенно галерея опустела. Люди спускались по лестнице, переговариваясь о бедствиях и дурных предзнаменованиях. Мы с братом остались на стене вдвоем.
– Ты получил то, что хотел, брат, – прошептал Нагорно. – Тотальная осада. Молись своим богам, чтобы жители Виктории не стали, как нумантийцы[71], пожирать друг друга.
Я во весь дух помчался в больницу, горя желанием арестовать его лично. Заглянуть ему в глаза и наконец увидеть настоящего Рамиро Альвара. Но открыв дверь в палату, я обнаружил только пустую, недавно заправленную кровать и ни следа человеческого присутствия, не считая книги, оставленной на стуле для посетителей.
– Он сбежал! Нужно перекрыть все выходы! – приказал я Пенье.
– Давай сначала заглянем к Эстибалис, – взволнованно прошептал мой коллега.
Мы поспешили по коридору, не заботясь о приличиях.
– Эсти! – крикнул я. – С тобой всё в порядке?
– Меня выписали. Я ухожу, – ответила она, здоровой рукой пытаясь запихнуть в сумку шлепанцы и туалетные принадлежности.
– Рамиро Альвар сюда приходил? – нетерпеливо спросил я.
– Разумеется, нет. Что случилось? Разве вы его не арестовали? – озадаченно промолвила она.
– Его нет в палате. Боюсь, он опередил нас и сбежал. Пенья, возьми операцию на себя. Я останусь с Эстибалис.
Пенья кивнул, закрывая за собой дверь.
Я посмотрел на свою напарницу: покрасневшие глаза, сжатые губы.
– Как ты? – спросил я, не зная, что еще сказать.
– Утром меня несколько раз вырвало, но я хочу поскорей убраться отсюда. Хотя мне еще предстоит реабилитация.
– Здесь небезопасно, – заметил я. – Если Рамиро Альвару не удалось уйти, возможно, он прячется в здании. Мы приставим к тебе охрану.
– Мне не нужна охрана! Я просто хочу знать, что происходит. Это он? Он убил Матусалема и всех обманул? – Она опустилась на незаправленную постель.
Я сел рядом.
– Боюсь, что так.
– Но откуда он узнал, что вы намерены его арестовать?
– Нам еще предстоит это выяснить, – ответил я. – Пенья звонил тебе, чтобы сообщить результаты теста ДНК и сказать, что мы ждем ордер на арест. Он предложил поставить у твоей двери двух агентов, но ты отказалась.
– Мне не нужна охрана, – повторила она.
– Поклянись, что ты этого не делала.
– Думаешь, я его предупредила?
– Или пришла с ним поговорить, а он снова тебя околдовал…
– Я отказалась от охраны не затем, чтобы кого-то предупреждать. Можешь проверить записи с камер наблюдения, – огрызнулась она.
Я отмел этот вариант. В конце концов, Эсти по-прежнему оставалась Эсти.
– Не хочу. Я тебе верю.
Мы замолчали, глядя в окно. Нам обоим нужно было поскорее выбраться из этой больницы.
– Как ему удалось нас одурачить? – спросила она через некоторое время.
– Я составил неправильный психологический портрет. Он, как фокусник, показывал нам блестящую безделушку то в одной руке, то в другой и при этом лгал обоим. И тебе, и мне.
Я встал, не в силах больше сидеть без дела.
– Заканчивай сборы. Пока мы бессильны. Через два часа у меня лекция по прикладному профайлингу в Аркауте. Не хочешь поехать? Мне бы пригодилась твоя поддержка.
Эстибалис приподняла бровь.
– Боишься выступать на публике?
– Вовсе нет. Просто если мы не хотим, чтобы расследование испортило наши отношения, придется поработать над восстановлением утраченного доверия. Ты просила тебе доверять, и я прошу поехать со мной. Это будет полезно для нас обоих.
– Идет, – сказала Эсти, улыбаясь впервые за несколько недель.
