Столица Византии еще была великим городом до захвата его крестоносцами в 1204 году. Но при осаде и штурме он пострадал от трех больших пожаров. Последний из них уничтожил район Константинополя, равный трем самым большим городам Франции, включая Париж. Крестоносцы-латиняне разграбили все, что могли, Полвека их власти принесли больше ущерба византийским памятникам, чем полтысячелетия османского равнодушия. Предметы, священные в глазах христиан, были вывезены в европейские церкви. Бронзовые монументы или перелили в монеты, или переправили в Западную Европу. Летописцы того времени рассказывают печальную и горькую историю непрерывного грабежа. Обветшавшие дворцы не восстанавливались. Когда в 1261 году войско императора Никеи (Изника) Михаила VIII Палеолога вновь взяло город, правитель даже не мог найти для себя подходящей резиденции. Краткое возрождение Византии и Константинополя было омрачено предчувствием гибели. Итальянцы контролировали экономическую жизнь уменьшавшейся империи. Гражданские войны и эпидемии чумы завершали разрушение, За несколько лет до турецкого завоевания город представлял собой жалкую тень прежнего богатства и величия. Некогда блестящий ипподром лежал в руинах. Открытые водохранилища, размер которых позволяет сейчас устраивать в них футбольные поля, были превращены в сады и огороды. Двери святой Софии упали с петель.
Последний император Византии был убит, сражаясь на стенах города, и 29 мая 1453 года турки взяли Константинополь. Мехмет II Завоеватель въехал на лошади в Айя-Софию по трупам павших. Один из богословов, взобравшихся на алтарь, провозгласил: «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммед — посланник Аллаха!».
Храм святой Софин превратился в мечеть, Константинополь, переименованный в Истанбул (Стамбул), стал столицей Османской империи. Герб Константинополя — полумесяц перекочевал на знамена турок и крыши мечетей в качестве символа Османской империи и ислама.
Истанбул — тюркизированная форма греческого названия Константинополя, в просторечии — «Истимполи», что означает «К городу». Оно встречается у многих персидских и арабских средневековых авторов.
За XVI и XVII века население Стамбула быстро росло, он стал крупнейшим городом Европы, украсился сотнями мечетей, медресе, дворцов, бань, фонтанов. Обветшалые византийские стены были обновлены. Его население приближалось к миллиону в те времена, когда Лондон и Париж не насчитывали и двухсот тысяч. Строительство и расширение Стамбула продолжались в период долгого и мучительного упадка империи в XVIII–XIX веках.
Мехмет II Завоеватель после взятия Константинополя вернулся в Эдирне и лишь спустя несколько лег поселился во дворце, который для него воздвигли на площади Баязида — там, где сейчас университет. В начале XVIII столетия этот дворец сгорел дотла. Мехмет II начал строительство другого дворца на месте древнего Акрополя, расположенного на мысу, который отделяет Мраморное море от Босфора и Золотого Рога. Его называют Старым сералем или Топкапы. Это скорее дворцовый комплекс. Различные его части сгорали, разрушались землетрясениями или реконструировались, появились павильоны, окруженные садом. Примерно четыреста лет османские падишахи жили в Старом серале. После уничтожения янычар в XIX веке султан Махмуд решил обосноваться на Босфоре, к северу от Золотого Рога, где позднее был построен дворец Долмабахче в стиле рококо.
Со второй половины прошлого века лишь жены свергнутых султанов, их рабы и евнухи оставались в Топкапы. В 1924 году он стал музеем, полным султанских сокровищ, османских миниатюр, великолепного китайского фарфора. Здесь хранится плащ, который якобы принадлежал пророку Мухаммеду, его меч и волос из его бороды. Дворец Топкапы окружен остатками крепостных стен. Крутые склоны холма, на котором он стоит, поросли кипарисами. Внизу, у линии железной дороги, прилепились лоскутки огородов.
После первой мировой войны в Стамбуле осталось меньше миллиона жителей. Столица была перенесена в Анкару, и Стамбул, как опальный аристократ, казалось, жил воспоминаниями прежнего, пусть лихорадочного блеска. Крупные торговцы стали покидать бывшую имперскую столицу. Но у города со столь великолепным географическим положением осталось достаточно жизненной энергии и возможностей, чтобы возродиться.
В Большом Стамбуле сейчас около семи миллионов жителей. Если его быстрый рост не прекратится, к концу века он сольется с Измитом на востоке и Эдирне на западе, охватив район с населением двадцать — двадцать пять миллионов человек.
На Стамбул приходится седьмая часть населения Турции, но две пятых промышленности, такая же часть общего объема налогов, поступающих в казну, почти половина валового национального продукта, треть всех студентов. «Стамбул — центр туризма, торговли, науки, культуры и образования, — писала газета, Миллиет». — Но в Стамбуле самые большие и самые жестокие трущобы — геджеконду. Редко в истории город был до такой степени грязным, запущенным, безнадзорным».
