В столице осознали всю серьезность положения, видимо, лишь к полудню. Во вторник правительство не приняло каких-либо серьезных контрмер. Это бездействие объяснялось рядом причин. Во-первых, «сильной личности» Саудовской Аравии, принца Фахда, не было в стране — он находился в Тунисе. Во-вторых, отсутствовал в столице и командующий национальной гвардией Абдаллах. В Эр-Рияде оставались только король Халед и министр обороны Султан, которые не знали толком, что происходит и кто поднял восстание.
Сначала король хотел просить духовенство в Эр-Рияде, чтобы оно разрешило ввести войска в святая святых ислама. Но богословы-улемы, пребывавшие в такой же мучительной неизвестности, что и король, не решались санкционировать подобную меру. Лишь в среду утром Султан под нажимом Фахда, находившегося в Тунисе, направил приказ войскам приготовиться к военной операции. Границы были закрыты; в район нефтепромыслов на востоке страны были введены войска; гарнизоны крупных городов усилены, армия заняла все военные объекты и крупные промышленные предприятия.
Королевский дом мобилизовал все силы для штурма мечети, ибо не мог позволить себе принять условия повстанцев для ведения переговоров. Они включали требование осуществить радикальные преобразования в правительстве, в частности отстранить от занимаемых должностей главных принцев; пересмотреть коренным образом политику в области добычи и продажи нефти (вначале повстанцы требовали вообще прекратить продажу нефти Западу); вернуться к догмам «истинного» ислама; провозгласить Саудовскую Аравию исламским королевством, а также выдворить из страны всех иностранных военных советников.
Вернувшийся из Туниса Фахд настоял, чтобы восстание было немедленно подавлено силой. Он понимал, что затяжная осада главной мечети может подорвать власть королевского дома и создать глубокий раскол в религиозных кругах.
В то время как готовился штурм Аль-Харама, с востока страны пришли сообщения, которые казались потенциально еще более грозными для режима. Заволновалось шиитское население Восточной провинции, где сосредоточены нефтепромыслы. Официальная идеология Саудовской Аравии — это сверхортодоксальная форма суннизма — ваххабизм. Но на востоке живут арабы, разделяющие те же религиозные убеждения, что и иранцы.
После налета на мечеть в Мекке вокруг нефтепромыслов было размещено двенадцать тысяч солдат национальной гвардии. Но обеспечить охрану пересекающих пустыню нефтепроводов общей протяженностью в тысячи километров практически невозможно.
Шииты, населяющие самый важный стратегический район страны (их 300–350 тысяч), политически куда более сознательны, чем суннитские повстанцы Мекки. Именно эти люди, уже несколько десятилетий назад ставшие пролетариями благодаря нефтяной промышленности и выполнявшие, как правило, рядовую работу, создали подпольные профсоюзы и возглавили политические забастовки и демонстрации (в частности, антиамериканские) в 1953, 1956 и 1967 годах. Из-за своей принадлежности к шиитскому течению, которое суннитские властители Эр-Рияда считают еретическим, они оказались париями вдвойне.
Вдохновленные восстанием в Мекке, шииты решили нарушить запрет правительства, публично отметив 27 ноября религиозный траур ашура, во время которого верующие избивают себя цепями. И на этот раз национальная гвардия попыталась помешать религиозным процессиям силой. Толпы людей с портретами Хомейни хлынули тогда на улицы Эль-Катифа и других населенных пунктов Восточной провинции, стали нападать на казармы. Волнения продолжались три дня, демонстранты поджигали заводы и банки, выкрикивая антикоролевские лозунги. Листовки призывали народ свергнуть «угнетательский режим» и провозгласить республику. Национальная гвардия устроила жестокую расправу: по сведениям очевидцев, десятки демонстрантов были убиты и ранены.
Правительство, растерявшееся было из-за волнений шиитов и восстания в Мекке, стало принимать и умиротворительные и репрессивные меры. Несколько генералов, в том числе командующие тремя видами вооруженных сил и руководители органов безопасности, были смещены за некомпетентность или халатность, губернатор Мекки был уволен. Халед, а также Фахд и другие старшие принцы поспешили нанести визиты влиятельным шейхам и посетили военные базы. Тысячи «подозрительных» рабочих-иммигрантов были высланы. Политического руководителя левой оппозиции, бежавшего в Бейрут, Насера ас-Саида похитили, и он бесследно исчез.
Студентов отозвали из иностранных учебных заведений в разгар учебного года. Чтобы успокоить улемов-«сверхортодоксов», были закрыты институты красоты, дамские парикмахерские, женские клубы. Дикторши телевидения, хотя и одетые весьма целомудренно, были тем не менее уволены. Новые правила запретили девушкам продолжать образование за границей.
