– А если я не смогу пойти с тобой? Вероятно, я буду при исполнении обязанностей всю оставшуюся неделю.
Раиса выпрямилась.
– Ладно. Но я пойду в храм. С тобой или без тебя. Если ты хочешь присоединиться ко мне, встретишь меня послезавтра вечером в самом конце разводного моста!
– Ты собралась идти туда вечером? – Амон выглядел так, словно сбылись его самые большие страхи.
– Да, а что? – ответила она. – Меньше вероятности, что меня узнают в темноте.
– Зато увеличится шанс, что тебе перережут горло! Или что хуже… – солдат встал со скамьи и навис над Раисой, словно пытался таким образом заставить ее изменить свое мнение. – Тебя посетила плохая идея. Откажись от нее – или я расскажу отцу, и он прикажет кому-нибудь подкараулить тебя.
Раиса посмотрела на Амона в упор, хотя для этого ей пришлось запрокинуть голову.
– И если ты так поступишь, я подожду, а потом все равно отправлюсь в храм.
Так уж повелось у них с самого детства, и это было неизменным. Принцесса всегда выдвигала смелые и рискованные идеи, а Амон помогал претворить их в жизнь.
Несколько мгновений они стояли и буравили друг друга взглядами.
– Может, у меня не получится добраться до Елены, – пробурчал парень.
Раиса поняла, что победила.
Но… почему он так легко сдался? Раиса пытливо вглядывалась в его лицо. Юноша отвел взгляд. Наверное, обдумывал какой-нибудь план или нечто подобное… Ладно. Так или иначе она с этим разберется. Принцесса уже намеревалась подарить парню вполне невинный поцелуй в щеку, но внезапно он наклонил голову, и губы Раисы коснулись уголка его рта. Она резко отстранилась.
Теперь они внимательно смотрели друг другу в глаза. У Амона оказалась такая приятная на ощупь щетина…
– Что ж, – Раиса разволновалась, и ее щеки зарделись, – спасибо, что пришел. Полагаю, ты мой единственный друг.
И она направилась в центр храма – ко входу в тоннель.
– Даже если не сможешь отправиться со мной на Южный мост, встретимся здесь через неделю, и я расскажу, как все было.
– Если через неделю ты будешь жива, – пробормотал он.
Принцесса лукаво улыбнулась.
– Закрой за мной вход, хорошо?
И она начала спускаться по лестнице.
Такой воодушевленной после возвращение в замок Раиса себя еще не ощущала. Однако она чувствовала себя виноватой. Было нечестным просить Амона, и Раиса это понимала. Он мог потерять гораздо больше, чем она. Парень служил в королевской гвардии и дал клятву защищать царственную особу. А его собственный отец наказал сыну соблюдать дистанцию при общении с Раисой. Но, в конце концов, она ведь не уговаривала его совершить государственную измену. Она – наследная принцесса, а значит, Амон находится у нее в подчинении. Но у юноши уже возникли проблемы из-за Раисы. Как известно, Байяры были опасными врагами, и Мика, конечно, будет выискивать шанс отомстить солдату.
Как бы она ни пыталась себя оправдать, но в случае, если все раскроется, расплачиваться будет именно Амон. И ссылка в Меловую гавань – самое безобидное из возможных наказаний.
Колокола храма Южного моста прозвонили четыре раза. Звуки эхом отразились от мощеных камней и прокатились по брусчатке. Колокола возвещали о том, что сейчас – четыре часа утра и любому разумному человеку следовало спать в постели у себя дома. Факелы по обе стороны от входа в святилище до сих пор горели, приветствуя нуждающихся в любое время суток, однако Хан предпочел бы спрятаться в темноте. Парень вжался в стену, чтобы укрыться в тени здания, взялся за изящное дверное кольцо и вновь ударил им по деревянной двери. Юноша постоянно оглядывался: он боялся, что его либо схватит за плечо сильная рука гвардейца, либо в его тело вонзится холодная сталь.
Алистер услышал шаги за дверью, затем раздался скрежет отодвигающейся задвижки. Дверь распахнулась.
Послушница в белом с удивлением уставилась на Хана. Ее светлые волосы были всклокоченными после сна. Девушка оказалась ровесницей беглеца.
– Благослови тебя Создательница! – зевая, произнесла она. Чем внимательнее она всматривалась в Хана, тем шире раскрывались ее глаза. – Что с тобой стряслось, приятель? – спросила она. В ее речи явно узнавалось произношение Южного моста. – Ты дрался? – с любопытством спросила послушница, похоже, остатки ее сна улетучились.
– Мне нужно где-то укрыться, – признался он и добавил: – Пожалуйста.
Девушка по-прежнему стояла не шевелясь.
– Клянусь Создательницей, я не собираюсь никому причинять вреда.
Парень слегка пошатнулся. Послушница обняла его за талию, провела внутрь храма и помогла усесться на каменную скамью. Потом быстро отстранилась, отряхивая одежду.
– От тебя так несет! – она состроила гримасу отвращения.
– Прошу прощения. Я упал в реку. – Хан закрыл глаза: у него резко закружилась голова.
– Что с твоей рукой? – с тревогой спросила послушница.
Он проигнорировал вопрос.
– Можешь разбудить служителя Джемсона? Пожалуйста. Это очень важно.
– Хм‑м… вряд ли он придет в восторг, если его разбудят в такой ранний час, – сказала она. – Можно я передам ему послание попозже?
