Хансон оказался высоким, практически таким же, как Амон, но с более изящным телосложением, а его глаза были небесно-голубыми. На лице виднелись следы недавних побоев. Веко правого глаза опухло, а на щеке красовался сине-желтый синяк. Правое предплечье юноши вроде бы было сломано, однако он о нем не беспокоился. И еще он старался прятать лицо, будто смущался из-за увечий.
С сочувствием принцесса подумала, что это, должно быть, один из учеников Джемсона.
– Что с тобой стряслось? – спросила она и подошла ближе, чтобы лучше разглядеть лицо Хансона. Девушка дотронулась до его руки. – Кто так с тобой поступил?
Он покраснел.
– Да ничего страшного… Мой отец постарался. Иногда он злится, когда выпьет лишнего.
Амон протянул ладонь и схватил парня за руку. Капрал задрал рукав Хансона, обнажив широкий серебряный браслет.
– Итак, Хансон, – произнес солдат. – А мы все-таки встречались. Тебя называют Кандальником, не так ли?
«Кандальник?» – подумала Раиса. Она переводила взгляд с одного юноши на другого.
«Неужели это есть тот самый главарь банды, который убил шестерых?»
Ну а дальше все произошло за секунду. Хансон врезал кулаком в подбородок Амона и вывернулся с ловкостью профессионала. Капрал вытащил меч из ножен, закрыл своим телом дверь и кликнул гвардейцев. Кандальник, не мешкая, схватил Раису и прижал ее к себе. Принцесса почувствовала острие ножа у своего горла и отчаянно пыталась даже не сглатывать слюну.
– Хансон, нет! – прокричал служитель Джемсон, побледнев от ужаса.
– А теперь, – произнес парень прямо Раисе на ухо. – Отойди, или я перережу девчонке глотку! – Его голос слегка дрожал то ли от испуга, то ли от волнения – девушка не могла точно определить.
Принцесса подумала о шестерых убитых на улицах. Говорят, их пытали. И это сделал симпатичный юноша с ножом?
– Прошу тебя! – причитал Джемсон. – Во имя Создательницы! Отпусти ее! Ты не ведаешь, кто она…
– Не надо! – Аверил жестом указал священнику, чтобы тот замолчал, после чего внимательно посмотрел на дочь. Ему не хотелось, чтобы Кандальник знал, кого он удерживает. – Послушай, – обратился мужчина к юноше. – Давай заключим сделку?
– Вот и вся сделка, – Амон отошел от двери. – Отпусти ее и убирайся прочь, и ты останешься жив.
– И твои «синие мундиры» кинутся вслед за мной? – фыркнул Кандальник. – Я не уйду дальше моста.
Лицо солдата окаменело, его серые глаза казались кусочками гранита.
– Если ты ранишь ее, клянусь кровью и костями Ханалеи, ты очень пожалеешь!
К этому моменту в коридоре сгрудились остальные «волки», которые ошеломленно наблюдали за происходящим.
– Вы, там! – скомандовал Кандальник новоприбывшим. – Встаньте вместе с остальными.
– Делайте, что он говорит, – распорядился капрал.
Когда кадеты прошли в кабинет, Раиса почувствовала, как колотится сердце «тряпичника». Принцесса ощущала горячее дыхание парня на своей шее. Юноша продолжал поправлять нож в руке, будто слишком разнервничался.
«Не пугайте его», – мысленно взмолилась Раиса и по очереди посмотрела на Амона, Аверила и Джемсона.
– Я никому не собираюсь причинять вред, – заявил Кандальник. – Я просто не хочу отправиться в тюрьму, чтобы под пытками сознаться в том, чего я не совершал.
Принцесса напряглась, и юноша еще крепче притиснул ее к себе.
– Королевская гвардия никого не пытает, – затараторила Раиса. – Тебе устроят честный допрос. Если ты невиновен… если ты и правда не убивал тех людей, твое имя будет незапятнанным.
Юноша рассмеялся.
– Эх, девчонка! Если бы твои слова были правдой! Полно тех, кто отправился в тюрьму и уже никогда оттуда не возвращался.
Раиса почувствовала себя глупой и наивной. А что говорил Амон? Кажется, что, если бы его тащили в караулку на допрос к МакГиллену, он бы тоже сделал все возможное, чтобы сбежать.
Кандальник обхватил принцессу за талию и потянул за собой к двери.
– Будьте добры, ваши ключи, преподобный, – попросил юноша Джемсона. Он был вежлив, грамотно разговаривал, словно вор-джентльмен из книжки. – Передайте их девушке.
«У него лицо торговца, – подумала принцесса, – он «надевает» его, когда необходимо».
– Хансон, – заговорил служитель. – Ты совершаешь ошибку. И ты понимаешь это. Ты же не такой – ты лучше. Отпусти девушку.
Кандальник упрямо покачал головой:
– Я был в тюрьме. И не собираюсь туда возвращаться.
Несмотря на ситуацию, Раисе стало любопытно, что за отношения были между Джемсоном и главарем банды? Казалось, священник прекрасно знал парня и верил в него по каким-то причинам. Может, Хансон втерся ему в доверие? Хотя служитель не выглядел простаком.
Джемсон сунул руку в карман, выудил оттуда связку ключей и передал Раисе. Кандальник даже не ослабил свою хватку. Голова принцессы находилась у юноши под подбородком, а нож был наготове. Капли пота стекали у девушки между лопаток, и ее льняная рубаха постепенно намокала.
– Прошу тебя, – вымолвил Джемсон. – Остановись. Есть и другие способы.
– Извините, преподобный, – в голосе парня прозвучали нотки сожаления. – Если и есть другой способ, то я его не вижу.
Кандальник попятился к двери вместе с Раисой.
