Поэтому, решив оставить барана на потом, он принялся ощипывать почти располовиненую его броском меча птицу. Мяса оказалось с нее совсем не много, но с хлебом можно было перебить голод. Вскоре Нартанг уснул. Ночь была мягкой и убаюкивающей. Хорошенько выспавшись, воин проснулся, когда солнце уже высоко стояло над землей. Костер давным-давно погас. Кони сонно переминались с ноги на ногу. Баран выщипал вокруг себя всю траву до голой земли и спал в образовавшемся полукруге, утомленный свалившимся на него несчастьем. Воин посмотрел на горизонт, откуда вчера приехал – погони там не наблюдалось. Потом окинул взглядом даль, в которую собирался сам. Там тоже все было пустынно. Он стал собираться в дорогу.
На второй день Нартанг не стал уже так загонять лошадей. Он понял, что погони не будет. Понял это как-то сразу и точно. Успокоился совсем и поприветствовал мысленно Удачу, что наконец-то снизошла до него. Коням требовалась вода и они говорили об этом нервным всхрапываньем. К закату, Нартанг опять решился свернуть в сторону земель Тира. Но углубившись в поля, понял, что о Тире здесь имеют самое смутное представление – либо великий город был уже слишком далеко, либо люди здесь были заняты совсем иными заботами, нежели богачи и знать, селившаяся в окрестностях столицы. Дом, который первым попался у него на пути больше походил на сарай и невольно навеял ему детские воспоминания о первых своих походах в земли бедных рыбаков – все здесь было серо и убого – прямо противоположено пышности и изысканности белых домов со статуями там за два дня пути отсюда. Когда во дворе дома он разглядел мужчину, то решил, что и о рабах здесь тоже никто не помышлял – люди сами тянули на себе все хозяйство: пару коров, птицу да поле, что раскинулось золотым простором колосьев за домом.
– Мир дому, – окликнул воин старика, употребив приветствие, понятное любому – пришедший не хочет зла.
– И тебе мир, путник, – кивнул мужчина – стариком он был только со спины – его вечно сгорбленная спина и безысходно опущенные плечи делали его из тридцатилетнего мужчины пятидесятилетним.
– Один живешь? Приютишь на ночь? – в своей обычной манере, не принимающей отказа,
«утвердительно» спросил Нартанг.
– С женой живу. Да привечать тебя нечем у нас, путник… – покачал головой земледелец.
– Вода-то у тебя есть?
– Только ее у нас и вдосталь, – горько усмехнулся из-за забора собеседник.
– А мне больше ничего и не потребно – все остальное у меня есть.
В этот момент на порог дома вышла женщина, привлеченная голосом мужа.
– Ты с кем там говоришь? – подслеповато сощурилась она, закрываясь от слепящего солнца.
– Путник переночевать просится, – крикнул ей муж, словно она находилась на другом конце пшеничного поля, из чего Нартанг заключил, что женщина глуховата.
– Да где ж нам гостей-то привечать – самим есть нечего, – развела руками женщина, все пытаясь разглядеть всадника против солнца, – Да еще и двоих.
– Я один и я сам смогу вас накормить. Если ты, хозяйка, умеешь готовить жаркое – то у меня есть баран, которого вряд ли съем один, – под стать мужчине громко ответил Нартанг женщине, от чего та шарахнулась обратно в дом.
– Милостивые боги, чего же ты так кричишь, дорогой?! – высунулась она из-за косяка, -Больно голос у тебя зычный да грозный.
– Думал туга ты на ухо, – вплотную подвел коня к изгороди Нартанг. Вороной уперся плечом в забор, тот скрипнул. Мужчина, увидев все это, поспешил отворить ворота, дабы не лишиться ограждения.
Нартанг въехал во двор. Женщина, наконец, рассмотрела его и невольно схватилась рукой за лицо, прикрывая рот, чтобы не вскрикнуть от страшного облика их гостя.
Мужчина, затворил ворота и многозначительно посмотрел на жену. Та скрылась в доме.
– Меня Рутом звать, – слегка поклонившись, взял под уздцы вороного земледелец.
– Меня Нартангом, – спрыгнул на землю воин, – Напоишь коней?
– Напою. Красивые, – невольно залюбовался сильными животными Рут.
– Хорошие, – кивнул Нартанг, следуя за ним и отвязывая на ходу со спины второго коня уже полудохлого от пути и онемения связанных конечностей барана.
– Сколько же стоят такие красавцы?! – скорее мечтательно, чем вопросительно произнес Рут – он был свободным человеком и, наверное, никогда не видел никого богаче сборщика податей, которого он считал самым главным вельможей, поэтому с Нартангом он общался достаточно легко, хотя воин и видел огонек тревоги вспыхивающий в глазах земледельца при слишком быстрых его движениях или взглядах на дом.
– Не сколько – я их увел, – честно признался воин и не ошибся в прогнозе реакции.
– Что ж на все воля богов, – пожал плечами Рут, давая понять, что ему абсолютно нет никакого дела до путей других, главное, чтобы это не касалось его самого и его близких.
– Верно, – кивнул Нартанг, – Я переночую у тебя сегодня и завтра поутру уеду. У меня есть баран, так что вас я не объем. Мне нужно, чтобы твоя жена закоптила мне с собой две ноги от него – с остальным может делать что пожелает, только накормить меня сегодня. Еще мне нужен еще один бурдюк для воды и седло.