— О чём задумался, братец? Ты бился словно волк, загнанный в угол! — подбодрил брата Ураг и подошёл к нему, положив руку на плечо.
Райсенкард промолчал, так как не знал, что ему ответить. Слишком много мыслей нагнетали ароканда, и он не знал с какой бы ему начать рассказывать. О том, что он впервые видит столько трупов или то, что он убивает своих же?
— Я знаю о чём ты думаешь, братец, — Ураг угомонил свой оптимистичный пыл. — Это для процветания этих земель. Ты ведь понимаешь, что далеко не все наши соплеменники хорошо относятся к империи? Вот и пытаются её разрушить, но тщетно. Куда выгоднее дружить с империей.
— Как давно ты сошёл с ума, брат? Как давно тебе стало привычным делом убивать наших соплеменников? — вскипел Райсенкард, резко обернувшись на брата.
— Ты застал мирные времена в Гойране, поэтому многого не знаешь! Свободные племена постоянно воюют между собой. Постоянно! — ответил Ураг, его лицо стало серьёзным. — И наш отец ценой многих жизней положил начало спокойному периоду, чтобы вы, младшие братья, жили в мире! Да, братец, я убивал своих соплеменников, когда ты ещё в пелёнках лежал.
— Тогда почему ты занимаешься тем же самым здесь?
Ураг выдохнул, пытаясь привести мысли в порядок, и продолжил:
— Здесь есть возможность привести всех к миру — дипломатичным путём. Когда-нибудь угаснут недопонимания и расизм. Тогда наши народы смогут жить вместе.
— Ты в это веришь, брат?
— Я не только в это верю, братец. Я этому буду всячески способствовать. Сделаю всё, что смогу.
Райсенкард задумчиво посмотрел на брата: они оба хотели достичь мира, но разными путями. Оба хотели блага своему народу, но, опять же, совершенно разными способами. Райсенкард осознавал, что философия Урага имеет место быть. Однако, в случае неудачи всё может обернуться куда хуже.
— Если ты так за это ратуешь, то я тебе поверю, — прервал тишину Райсенкард, серьёзно глядя на брата. — Но закон должен быть равным для всех, а тех, кто им пренебрегает — следует наказывать. Уже пять сотен лет прошло с момента завоевания, а имперцы никак не уживутся с нашим племенем.
— Так было не всегда, — задумчиво произнёс Ураг, вспоминая прошлое. — Ещё какие-то лет семь-восемь назад было куда лучше. Но последние нападения и грабежи свободных племён обострили взаимоотношения между нашими народами. Власть боится нас и не без причины. Нужно время, чтобы мы смогли окончательно сблизиться.
Райсенкард вроде как даже понял, что точка зрения брата вполне логична, но он не мог согласиться с ним до конца. Старший брат пацифист, а мир иногда требует радикальных методов. Если они не уважают нас, то как мы сможем уважать их?
Однако все эти раздумья можно было оставить на потом. Сейчас дел по горло: ремонт зданий и стен, похороны павших воинов и прочее. А после всего этого ещё нужно возвращаться в Онрейр.
На улице была ясная погода, радующая глаз. Яркие и жизнерадостные лучи солнца освещали торговые лавки ремесленников и торговцев, простенькие и богатые дома граждан, заглядывая даже в тёмные уголки штаба легиона и главной крепости. Земля ещё не успела нагреться, так как ещё на дворе было утро. Вода в реке, на которой стоял город, переливалась блеском отражения солнечных лучей; наблюдая за этой игрой света можно было уйти в мысли с головой. Высокие шпили замка, уходившие в небо, несущее за собой плавно плывущие немногочисленные облака. Если подняться выше, можно было увидеть холмы и одинокие скалы вдалеке. А дальше виднелось море — величественное и загадочное, за которым, казалось, нет ничего, кроме спокойных вод. Но за ним был целый мир. Всё ещё зелёные деревья, кроны которых напоминали о величии природы и древних забытых временах. Лето, тёплое и мягкое лето, которое уже относительно скоро закончится, ибо идёт его последний месяц. Магия августа во всей его красе.
Онрейр. В городе с самого утра начинается движение: люди и ароканды, торговцы и ремесленники, крестьяне и горожане, простолюдины и знать— все чем-то заняты с утра. Также и в одной лавке по производству арбалетов работники трудятся не покладая рук. Это куда спокойнее и безопаснее, нежели служить в легионе на границе с воинственными племенами орков. К тому же заработок вполне себе удовлетворительный; на безбедную жизнь хватает.