— Правда, боги свидетели. Тебе стоит серьёзно этим заняться, — Райсенкард подмигнул сестрёнке.
Хукура и не знала, что ответить. Просто улыбнулась.
— Но сейчас нам обоим нужно спать. Даже будущему знатоку трав и зелий нужен отдых, — добавил Райсенкард после того, как улёгся на свою кровать.
Райсенкард откинул голову назад и закрыл глаза, после чего он довольно быстро уснул, так как охота измотала его. Хукура тоже не стала особо задерживаться и улеглась поудобнее в своей кроватке. Но её одолевала бессонница. Маленькая сестрёнка волновалась за брата. Она постоянно старалась поддерживать его. Всё-таки он один относился к ней по-человечески. Старших братьев она практически не знала; Хукура попросту их не помнит. Вутергур и Гулзур всегда заняты — им не до маленькой сестрёнки. К Одокару у Хукуры не было доверия, а мама относилась к ней больше как к ученице. Вот и остался один лишь Райсенкард. Хукура перевернулась на другой бок, видя как сопит её старший брат. Под звуки спящего Райсенкарда девочка потихоньку начала закрывать глаза.
Хукура любила помечтать. В своих мыслях она видела себя как храбрую воительницу, которой восхищались все ароканды. Райсенкард хоть и говорит, что у неё талант как знахарки, и ей это не чуждо, даже нравилось. Но всё-таки путь воина был ей ближе по духу. Но допустит ли отец это? Кто знает. Вообще ей рано думать о таком — Хукуре всего двенадцать. Однако каждый ребёнок о чем-то да мечтает. И порой эти мечты сбываются.
В то же время в другой комнате находились Шинегра и Гулзур; Арга же снова ушла в свою алхимическую хижину. Гулзур подошёл к жене, которая заплетала длинную светловолосую косу.
— Зачем ты это делаешь на ночь? — недоумённо спросил вождь.
Шинегра молча повернулась, после того как услышала слова мужа. Вид у неё был весьма не очень.
— Завтра я работаю в кузне, будет некогда, — ответила Шинегра, даже не смотря в глаза мужу. — Когда умер Гримбаш, ты не сказал ни слова. Ни одного! Неужели тебе всё равно? Наш старший сын погиб! Прошло десять лет с тех пор, но ты не сказал ни одного слова!
— Девять лет и шесть месяцев, — поправил её Гулзур, во взгляде которого виднелась печаль.
Шинегра недоумённо посмотрела на мужа, ожидая продолжения его слов.
— Девять с половиной лет прошло, — продолжил Гулзур. — Я помню этот день также, как помню сегодняшний. Он погиб как воин. Но он ослушался моего приказа, а за это я мог изгнать его.
— Он был твоим сыном! — заявила раздражённая Шинегра. — Почему ты молчал всё время?
— Потому что я вижу его каждую ночь. И не только его, — ответил Гулзур, приготовившись рассказать свою историю. — Он рано или поздно убил бы меня в ритуальном поединке, что меня не печалит. Таковы традиции. Но я вижу ночью всех кого потерял. Каждую ночь.
Шинегра, которая явно успокоилась, внимательно слушала мужа.
— Пусть сыновья и думают, что я плохой отец, — продолжил вождь, присев рядом с женой. Да, у меня скверный характер. Да, я не уделяю никому должного внимания. Но я не такой плохой, каким бы мог быть. Ты не задавалась вопросом, почему ты не знала ни одного из моих родных братьев или сестёр? Вообще никого?
— Нет, — непонимающе ответила Шинегра. К чему он вообще клонит?
Гулзур продолжил:
— Мой отец был сильным вождём. Да, он привёл наш народ к величию. Однако сам он был чересчур жестоким. Слишком. Когда мне было пятнадцать, я отправился вместе с отцом и братьями в поход на соседнюю крепость. Это была захватническая война. Битва, куча убитых, всё как всегда. Крепость сдалась. Но когда отец приказал убивать всех направо и налево… Приказал убивать всех, даже детей — тогда я понял, что он безумен.
— Это… ужасно, — прокомментировала Шинегра, шокированная рассказом мужа.
— Это ещё не всё, — добавил Гулзур. — Спустя три года я впервые влюбился. Была девушка, в которую я был безумно влюблён. Её звали Ра́гна. Она была на год младше меня. Я успел даже на ней жениться тайком, но отцу эта партия не нравилась. Она ведь не была дочерью другого вождя. Как может сын вождя жениться на простолюдинке? Так думал отец. Он решил от неё избавиться, причём довольно радикально. Отец отправил Рагну в поход, где было всего десять человек — разведка территории. Она не вернулась, ровно как и половина отряда. Её не стало. Я даже лица её не помню… В голове остались только имя и воспоминания.
Шинегра слушала, представляя всю эту ужасную картину у себя в голове.