С этими словами они направились к рабочим, готовым начать проект по восстановлению Музкорга. Вутергур чувствовал, как в нём растёт уверенность; он знал, что вместе с Гармагой и своим народом они смогут вернуть этому месту его былую славу.
В просторной комнате длинного дома, где некогда жила пёстрая семья Гулзура, находилась Хукура, сидевшая на кровати с задумчивым видом. Девочка обычно старалась быть активной и жизнерадостной, но в последнее время ей грустно. Она держала браслет, который отдал ей Райсенкард перед своим уходом. Мысли одолевали девочку изнутри. Вернётся ли брат? А если вернётся, то когда? Что скажет?
Размышления Хукуры прервал Одокар, который тихо вошёл в комнату. Увидев его, девочка спрятала браслет под подушку: ей не хотелось лишний раз выводить из себя вспыльчивого брата.
— Можешь не прятать, я его видел, — спокойно произнёс Одокар, закрыв дверь.
— Тебе что-то нужно? — поинтересовалась Хукура, снова достав браслет.
Одокар задумчиво посмотрел на сестру. Несмотря на то, что она не доверяла ему полностью, девочка казалась ему той, кто сможет поддержать его.
— Как твои успехи в алхимии? — начал он издалека, прохаживаясь по комнате.
Хукура подозрительно посмотрела на брата: он точно что-то от неё хотел.
— У меня уже получаются простенькие зелья. Но мне нужно ещё многому научиться, — ответила Хукура, рассматривая браслет.
Одокар посмотрел на побрякушку усталым взглядом; учитывая, сколько он выпил алкоголя за последние несколько месяцев, он чувствовал себя не очень хорошо. Но несмотря на это, Одокар по-прежнему упражнялся в учебных поединках на арене. Он всё ещё мечтал когда-нибудь стать вождём, хотя Райсенкард и бросил его.
— Ты молодец, — мягко произнёс он. Возможно, ему, как и младшему брату, удастся найти общий язык с Хукурой. Все со временем меняются, возможно сестра примет его.
Хукура выдохнула и взглянула брату прямо в глаза. Её взгляд остановился, словно девочка нашла там переживания, обиду и гнев, скрытые внутри заботливого лица.
— Ты тоже скучаешь по нему, — прервала тишину девочка, демонстрируя браслет. — По-своему, но скучаешь. Это нормально — я тоже.
— Да, ты права. Но ты считаешь, что он правильно поступил?
— Это его жизнь, и не нам решать правильно это или нет. Он сам решил уйти. Как бы нам его не хватало, это его путь. Возможно, там он найдёт свою судьбу, о которой размышлял эти долгие годы.
Одокар тяжело выдохнул. Он старался сдерживать бурю внутри себя, но не был уверен, сможет ли.
— Он дал мне обещание, что мы будем вместе тренироваться. Мы могли стать настоящими братьями. И он же разрушил эти мечты, — произнёс он.
— Я надеюсь, он вернётся. Райс обязательно вернётся, вот увидишь! — ответила Хукура, пытаясь смягчить обстановку. Девочка вскочила с кровати, чтобы сложить браслет в сундук.
Одокар тут же поменялся в лице: его гримаса выражала гнев и злость.
— Он не вернётся! Райсенкард поступил так же как и Ураг — бросил нас! Поверь, его не волновали ни мои, ни твои чувства! — грозно и громко воскликнул он.
Хукура вздрогнула от резкости его слов, но не отступила. Она знала, что Одокар переживает, и его гнев — это лишь отражение боли, которую он испытывает.
— Одокар, — спокойно произнесла она, стараясь сохранить равновесие в разговоре. — Я понимаю, как ты себя чувствуешь. Но, может быть, стоит дать ему шанс? Возможно, у него были причины, о которых мы не знаем.
— Причины? — с сарказмом переспросил Одокар. — У него всегда были причины. Он всегда искал что-то большее, чем мы. Мы для него всего лишь обуза!
Хукура почувствовала, как её сердце сжимается от его слов. Она не могла позволить брату погружаться в эту тьму.
— Мы не знаем всего, — ответила она, стараясь говорить мягко. — Может быть, он действительно искал свою судьбу, но это не значит, что он нас не любит. Мы все разные, и у каждого свой путь.
Хукура и Одокар стояли друг против друга в комнате, напряжение между ними нарастало, как тёмные облака перед бурей.
— Ты не понимаешь! — закричал Одокар, его голос звучал резко и гневно. — Ты всегда защищала его, даже когда он предал нас! Почему ты не видишь, что он не достоин нашей поддержки?
Хукура сжала кулаки, её глаза блестели от слёз.
— Я защищаю не его, а то, что мы были вместе! Ты не можешь просто так отвернуться от всех воспоминаний, от всего, что мы пережили!
— Воспоминаний? — хмыкнул Одокар, его лицо исказилось от ярости. — Воспоминания не наполнят пустоту, которую он оставил! Он ушёл, и ты продолжаешь оправдывать его поступки!
— Я не оправдываю! — воскликнула Хукура. — Я просто пытаюсь понять! Может, у него были причины, о которых мы не знаем. Ты не можешь просто выкинуть его из своей жизни!
— Не могу? — Одокар шагнул ближе, его голос стал тихим, но полным презрения. — Может, ты просто боишься остаться одной? Ты слишком привязалась к нему и не хочешь видеть правду.
Хукура ощутила, как сердце сжимается от его слов. Она сделала шаг назад, как будто его слова были физическим ударом.
— Ты не имеешь права так говорить! Я не боюсь остаться одной. Я боюсь, что ты потеряешь себя из-за твоей ненависти!