Дриззт До’Урден откинул свой спальный мешок и потянулся. Как же здорово было возвращаться в Мифрил Халл после такой ужасной зимы! Бодрил не только ветер, трепавший гриву густых белых волос, но и сам воздух – свежий, не пропитанный дымом кузниц воздух.
Тёмный эльф повертел головой, разминая шею. Он снова потянулся и встал на колени на одеяле. Лёгкий ветерок охладил его обнажённый торс, но не мысли. Ветер ещё сильнее обострял его восприятие.
Дроу медленно поднялся, размялся, сделав пару хороших упражнений, а затем прошёлся вокруг маленького лагеря, надеясь увидеть Кэтти-бри.
Женщина стояла на склоне неподалёку, одетая только в яркую магическую блузу, которая приводила в восторг одевавшихся в простые робы магов гномов; она сложила ладони вместе, концентрируясь. Дриззт восхищался её простым обаянием. Пёстрая рубашка доходила только до середины её бёдер, но изящно сотканная одежда ничуть не затмила природной красоты Кэтти-бри. Они возвращались по дороге в Мифрил Халл из Серебристой Луны, где правила могущественная леди Аластриэль, учившая Кэтти-бри магии. Что-то такое было в самом воздухе – нечто опасное: некоторые маги чувствовали, что что-то не так с Плетением. По всему Фаэруну ходила молва об искажении магии: то тут, то там заклинания срабатывали не так, как нужно, или отказывали вообще. Многие выдающиеся волшебники сошли с ума.
Аластриэль признала, что боится за целостность Плетения Мистры, источника магии. Дриззт никогда не видел у неё такого пепельного цвета лица: ни когда дроу напали на Мифрил Халл много лет назад, ни даже когда король Обальд во главе орды орков начал свою кампанию. Дриззт никогда не думал, что на лице знаменитой воительницы, одной из семи Сестёр, избранной Мистры, пользующейся любовью народа правительницы могущественной Серебристой Луны, может быть написано такое смятение и страх.
Постоянные бдения и медитации, бывшие нормальным явлением для Аластриэль, стали неотъемлемой частью распорядка дня Кэтти-бри, пока остальные пытались понять, что творится с Девятью Кругами.
Дриззт знал, что именно поэтому она и встала так рано. Он пошёл к лагерю, ничем не выдав своего присутствия: он не стал отвлекать девушку.
Он улыбался, смотря на неё: его по–прежнему привлекало, может, чуть и располневшее с годами, но для него оставшееся таким же прекрасным и привлекательным тело, её золотисто–каштановые волосы, разметавшиеся по плечам.
Она медленно развела вытянутыми руками, будто призывала магию; рукава её блузы собрались на локтях. Дриззт улыбнулся, когда девушка плавно поднялась в воздух благодаря левитации. Пурпурное пламя волшебного огня замерцало вокруг её тела: казалось, что магия – это часть её, естественное продолжение её фиолетовой мантии. Магический порыв ветра сдул на спину золотисто–каштановую гриву волос. Дриззту было понятно, что его возлюбленная сотворила простое заклинание, пытаясь с его помощью создать более тесную связь с Плетением: девушка относилась к страхам Аластриэль всерьёз.
Вспышка молнии где–то вдалеке стала большой неожиданностью для Дриззта. Он развернулся в ту сторону как раз тогда, когда прогрохотал гром. Эльф удивлённо приподнял бровь: на небе было ни облачка, так откуда взялась молния? Дроу была отлична видна ломаная голубая линия, вспыхнувшая на небе.
Дриззт жил на поверхности уже сорок пять лет, но ему ещё не доводилось видеть подобное: он прошёл через ужасные шторма во время путешествия на «Морской Фее» вместе с Дюдермонтом, пыльные бури пустыни Калим, пережил снежную лавину. В долине Ледяного Ветра он даже стал свидетелем столь редкого явления, как шаровая молния. Дриззт вновь взглянул на небо: может, то было нечто похожее?
Но эта молния двигалась по странной траектории и цеплялась за сине–белую завесу мерцающей энергии. Он не мог определить её скорость, но заметил, что завеса позади неё увеличивалась прямо на глазах.
Она была где–то к северу от его местонахождения. Дроу кинул взгляд на восток на безмятежно парящую над вершиной холма Кэтти-бри. Надо было прервать её медитацию: девушке стоило обратить внимание на происходящее. Он снова посмотрел на молнию, и его лавандовые глаза расширились в ужасе. Она, ни с того ни с сего, ускорилась, и сменила курс, повернув в его направлении.
Дриззт повернулся к Кэтти-бри, уже на бегу понимая, что ноги сами понесли его к ней.
– Кэтти! – закричал он. Она, казалось, не слышала.
Магические поножи ускорили Дриззта: невозможно было уследить за его ногами. Но молния была быстрее: он опять закричал, когда она прошипела мимо него. Его волосы встали дыбом от близости мощного заряда, белые пряди вздыбились во все стороны.
– Кэтти! – он кричал изо всех сил. – Кэтти-бри! Беги!
Она была погружена в глубокую медитацию, но, кажется, отреагировала, повернула голову и взглянула на Дриззта.
Но было поздно. Её глаза расширились, когда мчащаяся вдоль земли молния настигла её. Голубые искры прошли через протянутые руки, пальцы спазматически дёрнулись, тело тряхнуло мощным разрядом.
