Кэддерли возвел это величественное строение на месте руин библиотеки Назиданий, которая, как считают многие, была самой великолепной библиотекой во всем Фаэруне. Действительно, архитекторы из городов столь далеких и различных, как Серебристая Луна и Калимпорт, приезжали в Снежные Хлопья, чтобы бросить взгляд на это здание, восхититься парящим опорами — никогда не виданными прежде в странах Фаэруна — и тем более в столь величественном масштабе. Магия и божественное вдохновение создали украшенные витражами стеклянные окна, разрисованные превосходными фресками стены, вдохновлявшие ученых, проводивших здесь бесконечные часы в занятиях и размышлениях.
Храм Парящего Духа был воздвигнут и как библиотека, и как собор. Он стал местом общих интересов, где ученые, волшебники, мудрецы, и священники могли бы собраться, чтобы обсудить и разрешить свои сомнения, охватывающие их разум. И не было места на континенте, где еще можно было бы представить такое поразительное единение веры и науки, где никто не боялся, что логика, рассуждения, и экспериментаторство могли бы лишить ученика милости Всевышнего. Храм Парящего Духа был местом, где правда считалась, божественной, а не наоборот.
Ученые не боялись, что там будут оспаривать их теории. Философы не боялись, что будут подвергать сомнению их понимание божественных начал и мира. Никто из священников и их богов тем более не боялся, что там их будут преследовать. И вообще, очень разумное понятие дискуссии, принятое в храме, не давало возможности для каких– либо преследований с чьей бы то ни было стороны.
Храм Парящего Духа был местом, где можно было узнавать обо всем, все исследовать и изучать, разрешать вопросы, которые вызывали сомнения. Там дискуссии о различных богах Абер– Торила почти всегда граничили с ересью. Природа волшебства была досконально исследована там, и поэтому во время всеобщей неразберихи и неуверенности, царящих в эти времена, когда Плетение Мистры начало разрушаться, ученые стремились в храм отовсюду, из самых далеких мест.
И Кэддерли приветствовал каждого из них с распростертыми объятьями. Он разделял их тревоги и беспокойство. Жрец выглядел очень молодо, намного моложе, чем мог бы выглядеть в свои сорок четыре года. Его серые глаза искрились юношеским блеском, а длинные волнистые каштановые волосы без признаков седины плавным полукругом спускались вдоль плеч. И двигался он как очень молодой человек, свободно и проворно, легким и пружинистым шагом. Он носил обычное для последователей Денеира одеяние – коричнево– белую тунику и брюки, добавив к ним от себя светло– голубой капюшон и широкую синюю шляпу, соответствующую ему, на правой стороне которой красовалась красная полоса в виде пера.
– Добро пожаловать, добро пожаловать! – Одним ярким утром он поприветствовал трех гостей, которые были облачены в зеленые мантии друидов.
– Молодой Бонадьюс, я предполагаю? – Сказал один из друидов, тот, что был с седой бородой.
– Не такой уж и молодой, – поправил Кэддерли.
– Я знал твоего отца много лет назад, – ответил друид. – Действительно ли я прав в том, что нам будут рады здесь во время этого беспорядка?
Кэддерли посмотрел на человека любопытным взглядом.
– У Кэддерли все хорошо?
– Да, все хорошо, – ответил Кэддерли, а затем усмехнулся и спросил,
– Клео?
– Ах, Ваш отец рассказал вам про … меня, …– начал было отвечать друид, но закончил он, заикаясь и широко открыв глаза:
– К– кэддерли это вы?
– Я думал, что Вы пропали во время проклятия Хаоса, старый друг – Ответил Кэддерли
– Как можете Вы быть …? – Начал спрашивать Клео, находясь в полном замешательстве
– Разве Вас не уничтожили? – Спросил священник, напоминающий юношу. – Хотя конечно нет, иначе Вы не стояли бы здесь передо мной!
– В течение многих лет я блуждал в форме черепахи, – объяснил Клео. – В момент грозящей мне опасности я был благословлен, и мне удалось принять ее.
– Но как Вы можете быть Кэддерли? Я слышал о детях Кэддерли, которые уже выросли …
Пока он говорил, к священнику приблизился молодой человек. Он был очень похож на Кэддерли, разница была разве что в необычных миндалевидных глазах.
– А вот как раз и один из них, – объяснил Кэддерли, подходя к своему сыну с вытянутыми руками. – Мой самый старший сын, Тэмберли.
– Который выглядит постарше, чем ты, – сухо заметил Клео.
– Это длинная и сложная история, – сказал священник, – связанная с этим местом – храмом Парящего Духа.
– Ты требуешься в обсерватории, отец, – сказал Тэмберли. вежливо поклонившись посетителям. – Последователи Гонда снова заявили о своем превосходстве, поскольку их устройство победило магию.
– Без сомнения, и те, и другие думают, что я буду за каждого из них.
– Тэмберли пожал плечами, и Кэддерли глубоко вздохнул.
– Мой старый друг, Кэддерли, – сказал Клео, – я хотел бы провести с вами некоторое время.
– Я могу рассказать тебе о том времени, когда я был черепахой, – Клео невозмутимо улыбнулся Кэддерли.
– У нас в храме у каждого есть своя точка зрения и небольшое соглашение, – объяснил Кэддерли. – Но конечно они все нервничают.
