– Да, да. – Пайкел вытянул здоровую руку перед собой и выпрямил пальцы, указывая вперёд. Он начал дрыгать рукой то туда, то сюда, изображая рыбу, плавающую под водой озера Импреск. Остальные поняли, что он хочет поговорить с животными ещё до того, как он добавил, осклабившись:
– Ду–дид.
– Ты не можешь этого сделать, – сказал Ханалейса, а Тэмберли кивнул.
– Мы можем выйти завтра на рассвете, – сказал он. – Что бы это ни было, это ближе к Кэррадуну, чем к храму Парящего Духа. Мы можем взять лошадей на первую часть пути. Я даже знаю некоторых людей, которые проводят нас вдоль дороги.
– Если поторопимся, мы доберёмся туда до захода солнца, – согласилась Ханалейса.
– Но сейчас мы должны предупредить горожан, чтобы они подготовились к неожиданностям, – сказал Тэмберли. Он посмотрел на Ханалейсу и пожал плечами. – Хотя мы действительно не знаем, что там такое и там ли оно ещё. Возможно, там был только один этот медведь, которого мы убили, злобный дух, а сейчас уже всё прошло.
– А возможно и нет, – сказал Рори, и по его тону было ясно, что он надеется на свою правоту. С его молодым энтузиазмом, он очень завидовал брату и сестре, и в скором времени надеялся исправить своё положение.
***
– Может, это уже длится около сотни лет, – пробормотал один старый морской волк – один из рыбаков Кэррадуна, который жил в городе. Человек махнул рукой, словно рассказанное не должно было его волновать.
– Эх, а раньше было спокойнее, мир был лучше, – сокрушался ещё один сидящий в таверне.
– Нет, не мир, – объяснил другой. – Но та часть его, которая живёт в тени родителей этой троицы. Я думаю, мы были цивилизованнее, вот что!
Одна половина постоянных клиентов засмеялась, другая закивала с одобрением.
– Остальной мир вырос более жёстким, – продолжал человек. – И до нас он тоже доберётся, даже не сомневайтесь.
– А ведь мы, старики, хорошо помним те сражения,– сказал первый морской волк. – И я удивлён, что более молодое поколение, выросшее при Кэддерли, готово к любым неожиданным битвам.
– А детишки его как? – раздался голос, и все в таверне подняли пивные кружки, приветствуя ещё двоих вошедших.
–Мы живы, – громко ответила Ханалейса, осматривая таверну. – Но, похоже, что пара демонов ещё там.
И эта бесстрашная девушка заулыбалась и даже засмеялась под звон кружек. Ханалейса посмотрела на Тэмберли, и они оба глянули назад, когда Пайкел из–за отсутствия серьёзности у толпы выдал:
– Ууух.
– Кэррадун должен выставить охранников у каждых ворот и на стенах, – крикнул Тэмберли. – Пусть вооружённый патруль с факелами выйдет на улицы. От имени города я прошу вас!
И хотя его крик привлёк некоторое внимание, все глаза обратились к распахнувшейся двери таверны. Человек влетел туда с криком: «Нападение, нападение!» Более того, за незнакомцем слышались крики страха и мучительной агонии.
Некоторые моряки тут же опрокинули стол, собираясь использовать его в качестве щита для обороны.
– О–о, – сказал Пайкел и обхватил одной рукой руку Тэмберли, а культёй ткнул Ханалейсу, успев до их вмешательства. Они пришли таверну, чтобы предупредить людей и организовать их, но Пайкел был достаточно сообразителен, чтобы уйти от этого безумия.
Тэмберли пытался говорить, но некоторые экипажи кэррадунских рыболовных судов уже сбивались в отряды, чтобы ехать в доки искать оружие и вместе отправиться на улицы.
– Но народ… – протестовал Тэмберли. Однако Пайкел требовательно толкал его вперёд.
– Шшшш! – предупредил дварф.
– Но нас четверо, – согласилась с братом Ханалейса. – Давайте посмотрим, где и чем мы можем помочь.
Они вышли из таверны вместе с другими посетителями, хотя некоторые капитаны кораблей ещё остались, чтобы выработать какую–нибудь стратегию боя. С парой слов Пайкел вытащил свою чёрную волшебную дубинку и сунул её под обрубок руки, а другой рукой начал шевелить пальцами. И дубинка, загоревшись, превратилась в факел.
Почти два полных отряда вышло из таверны и двинулось к воротам Кэррадуна. Теперь стало понятно, из–за чего началась паника. Разлагающиеся трупы и скелеты заполонили улицы. Людские и эльфийские, дварфские и хафлингские, и многие другие, в том числе и трупы животных, свободно разгуливали по городу. Мертвецы бродили всюду и нападали на людей.
Заметив одинокую семью, пытающуюся сойти с дороги, четвёрка свернула к ним, но внезапно Рори с криком упал на землю, держась за ногу. Пайкел посветил на неё своим факелом, и вместе со струйками крови свет показал ещё кое–что. Рори ударила какая–то маленькая тварь, летевшая у обочины дороги.
Она шлёпнулась позади них и выглядела просто сплошной кучей перьев, костей и кожи.
– Птица,– ахнула Ханалейса.
Пайкел бегал и светил на нежить, от чего эти существа разваливались. Свет его волшебного факела наносил большой урон мертвякам – они загорались и тлели.
– Ша–ла–ла! – гордо объявил Пайкел, поднимая высоко свою дубинку. Он быстро поправил свой шлем–котелок и свернул в ближайший переулок. Сразу после того, как свет от его дубинки пересёк край аллеи, дварф показал на огромную толпу скелетов.
