– Бог с вами, не поеду, – король вздохнул. – Покажите мне этого вашего Тарвела, развяжите войну – и возможно, она придется мне по душе. – Клифф скосил глаза в сторону Кэмерон. – Вас, кстати, сударыня, не препроводить обратно в замок, под защиту Фэринтайна? Раз уж мы направляемся в военный лагерь, вряд ли это лучшее место для леди.
Королева надменно вскинула подбородок:
– Вам ли не знать, какова эта леди в бою. Я останусь с Айтверном. Мне интересно посмотреть, что выйдет из его затеи.
– Быть по сему. Интересно будет оказаться с вами на одной стороне. Но все же, сэр Артур, – в голос гарландца добавилось яда, – пока мы едем к его светлости Данкану Тарвелу, сочините аргументы получше, чем «вы заключите со мной союз, потому что я вас очень об этом прошу».
Часов после четырех ночи, когда покинувший иберленский Коронный совет и отдавший ряд распоряжений своим солдатам Эдвард Фэринтайн едва успел уединиться с женой, в дверь их покоев раздался стук. Камердинер сообщил, что явился сын графа Рейсворта – и требует его впустить.
– Что-то требовать юный лорд Рейсворт может только у своих лакеев, – ответил эринландский король раздраженно. Он устал и хотел спать. Иберленцы продержали его на своем совете почти до самой полуночи, а после пришлось еще проведать офицеров, рассказать им о перевороте, принять меры безопасности на случай, если местные совсем рехнутся. – Скажите этому юноше, пусть возвращается днем после обеда. Или послезавтра. Или никогда.
– Он уверяет, разговор не терпит отлагательств, сэр. Очень просит о вашем внимании.
– Впусти его, Эдвард, – вмешалась Кэран. В отличие от мужа, она не казалась ни усталой, ни злой. Чародейка смотрела на слугу приветливо, выглядела хорошо отдохнувшей. – Вдруг дело и впрямь важное. Мне кажется, в такую ночь не бывает неважных дел.
Фэринтайн посмотрел на жену с досадой, махнул рукой.
– Так и быть. Фредгар, скажи мальчишке, пусть заходит.
Лейвис Келвин Рейсворт напоминал чем-то своего троюродного брата – и одновременно не был на него похож. Такой же светловолосый, худой, жилистый – но весь какой-то всклокоченный и нервный. Если Артур Айтверн держался с определенной церемонностью и даже манерностью, кузен его владел собой явно хуже. Дерганые движения, быстрый взгляд. К тому же, юный Рейсворт был явно пьян – от него изрядно разило спиртным.
Юноша вошел в отведенную Фэринтайнам гостиную, огляделся.
– Садитесь, – Эдвард указал Лейвису на глубокое кресло, стоящее спиной к дверям. Сын лорда-констебля опустился в него, Кэран расположилась напротив, на мягком диване.
Фэринтайн достал из бара бутылку бренди и три рюмки.
– Будете, сударь?
– Буду, – сказал Лейвис решительно и мрачно.
Эдвард усмехнулся. По молодому человеку было очевидно – пить ему больше не стоит. Тем не менее, король Эринланда разлил терпкий, ароматный напиток по рюмкам и сам одну тут же опустошил. Молодой Рейсворт тут же последовал его примеру, а вот Кэран даже не шелохнулась. Она не любила выпивку.
– Хороший бренди, – сказал Лейвис, утерев губы рукавом.
– Сомневаюсь, что вы сейчас можете отличить хороший бренди от плохого, – Эдвард уселся в кресло по левую руку от гостя. – Совет кончился едва три часа назад, где вы успели напиться?
– А мне долго и не надо, – ухмыльнулся кузен Артура. – С нашей новой королевой.
– Вы дружны, не так ли? – осведомился Эдвард вежливо.
– Дружны? – Лейвис скривил губы. – Можно и так сказать. С самого детства. Можно мне еще?
– Можно. Не стесняйтесь просить о таком, – сказал Эдвард, подливая гостю вторую рюмку.
Он мало что знал об этом мальчишке. Лейвис Рейсворт обычно держался в стороне от политики и пользовался при дворе еще меньшим влиянием, чем Артур Айтверн – полгода назад. У него не было ни могущественных покровителей, ни амбици й, ни сторонников, ведь все знали, что Рейсворты – лишь тень Айтвернов, боковая линия Драконьего Дома, во всем исполняющая волю главной. Однако отец этого юнца захватил сейчас власть в Иберлене. На Серебряный Трон Роальд Рейсворт посадил Айну Айтверн, но королеве будет нужен король. Если верховный констебль пожелает удержать страну в руках своего дома, он выдаст новоиспеченную королеву Айну за отпрыска.
Эдвард Фэринтайн присмотрелся к стремительно хмелеющему мальчишке, что сидел в кресле, сгорбившись в неловкой позе, и елозил пальцами по краешку стола. Если брать с виду, он еще меньше годился в короли, нежели Гайвен Ретвальд. Но и самого Эдварда десять лет назад никто в здравом уме не прочил на трон.
– Расскажите мне о магии, – сказал Лейвис внезапно. – Все, что можете рассказать.
– Неожиданная просьба. И ваша кузина, и лорд Гайвен не горели желанием говорить со мной на эту тему.
