У Джаннера искры посыпались из глаз. Клыки хватали его за руки и за ноги; он слышал шипение над ухом и отчаянно барахтался, одновременно пытаясь достать меч. Сжав в кулаке рукоять, мальчик слепо ткнул мечом вперёд и услышал взвизг. Он кое-как поднялся, щупая горло, и закашлялся от горькой пыли, клубящейся в воздухе. А Кальмар продолжал выкрикивать:
– Плющ, обвивающий скалу, и ветер из далёких стран…
Окончательно придя в себя, Джаннер обнаружил, что в живых остались только двое Клыков. Одного убил он, другого Кальмар. Крак и уцелевший Клык ёжились, зажав уши и заслонив глаза от света, – камень теперь был в руке у Кальмара. Джаннеру тоже хотелось зажать уши: брат пел ужасно фальшиво, совершенно не попадая в ноты. Лили была бы глубоко оскорблена.
Джаннер вбежал под арку и вместе с братом навалился на массивную дубовую дверь. Крак бросился за ними, и Джанер, ткнув мечом в щель между дверью и косяком, вонзил его Клыку в грудь. Худое змеиное лицо Крака прижалось к двери. Он щёлкал зубами и плевался ядом.
– Толкай! – завопил Джаннер, и мальчики налегли на дверь изо всех сил.
Джаннер выпустил меч, чтобы ухватиться за дверную ручку обеими руками, однако клинок не упал на пол – он остался торчать в груди Крака. Глаза старого Клыка затуманились, кожа высохла, язык потрескался и затвердел… И когда братья в последний раз навалились на дверь, генерал Крак разлетелся тучей пыли.
Джаннер выдернул меч, и дверь захлопнулась. Кальмар задвинул засов.
Джаннер, тяжело дыша, сполз на пол. Кальмар совсем не запыхался, но глаза у него стали совсем круглыми от страха. Он принюхался, в одной руке сжимая камень.
Мальчики прислушались, но из-за двери доносилось только испуганное бормотание уцелевшего Клыка:
– Генерал? Ох, чтоб тебе… Генерал Крак!
Послышались торопливые шаги: Клык убежал.
– Ты цел? – спросил Кальмар, помогая брату встать.
– Вроде да.
Шея у Джаннера болела, плащ висел лохмотьями, но мальчик не получил ни одной раны. Сунув меч в ножны, он огляделся. Они находились в длинном коридоре с мраморным полом. Вдоль стен стояли белые статуи животных. Здесь были клыкастые коровы, земляные жабы, хоркнеи, бомнубли, пещерные глаты – и все в угрожающих позах.
И ни души вокруг.
По крайней мере, так мальчикам казалось.
– Какая прекрасная песня, – произнёс знакомый голос, от которого по спине у Джаннера побежали мурашки. – Добро пожаловать в замок Трог. – Из-за угла, ковыляя, показался старик. – Какая приятная встреча!
– Сквун! – гневно воскликнул Джаннер. – Вы должны были утонуть!
Сквун хихикнул:
– Мало ли кто что должен. Я должен был жениться на Мадии – но не женился. Наг Безымянный должен был превратить меня в паука – но не превратил, как я ни умолял. Вот награда за многолетнюю верную службу! Я спасся от твоего мерзкого отца, доплыл до убежища, добрался пешком по песку и камням до Йорша Дун, пересёк пропасть и поднялся в Трог – а Наг отказался меня превращать! Хотя и обещал! – Бонифер Сквун подошёл ближе. Он выглядел ещё старше, чем в Бан Роне, и злее. Глаза у него были совсем безумными; они налились кровью и болезненно подёргивались. Одет Бонифер был так же, как в тот вечер, когда предал Ветрокрылов и всех лощинцев, – в тот вечер, когда он похитил детей и погубил их отца. Милый старичок с обликом кабинетного учёного исчез. Открылась истинная сущность Бонифера Сквуна – убийцы и предателя. Он сделал ещё шаг и пошевелил пальцами. – Я знаю, что камень у тебя, – сказал он Джаннеру. – Отдай его мне.
– Зачем? – Джаннер отступил и упёрся спиной в дверь.
Кальмар шагнул вперёд и обнажил меч:
– Отойди, Сквун. И скажи нам, как выбраться отсюда. Мы торопимся обратно в Бан Рону.
– Всё напрасно, мальчик. Нага здесь нет. Он отправился за твоей сестрой. – Бонифер протянул к Кальмару костлявую руку. – Дай сюда камень! – Сквун держал под мышкой ржавую коробку размером с кирпич. И вдруг он запел. Задыхаясь и еле ворочая языком, он пел песнь древних камней, и в его устах она звучала особенно зловеще.
– Замолчи! – крикнул Джаннер.
Но Сквун улыбнулся и запел ещё громче, подступая к Кальмару. Он схватил мальчика за руку и стал разжимать ему кулак. Джаннер попытался оттащить Бонифера, но старик оказался гораздо сильнее, чем можно было подумать.
Продолжая распевать, Бонифер наконец отогнул пальцы Кальмара, и мелькнула вспышка света. Одновременно старик открыл свою коробку, и оттуда выполз блестящий чёрный паук размером с воробья. В то самое мгновение, когда сверкнул свет, он взобрался по плечу Бонифера. Джаннер и Кальмар вскрикнули и попятились.
Жуткая песня оборвалась кошмарным смехом; вокруг Бонифера, извивающегося на полу как капризничающий ребёнок, заклубился дым, и густой пар скрыл его от глаз.
– Пошли отсюда, – сказал Джаннер.
