— Ты ведь понимаешь, дело не в том человеке, дело в тебе.
— Понимаю… Но мне страшно… Началась война… Он сказал, война неизбежна… Те, кто обладает меньшим, всегда будет стремиться получить большее. А те, кто обладает большим, всегда будет желать ещё большего… Тогда какой смысл…
— Неизбежна только одна война — с самим собой. Только в ней можно победить, во всех остальных войнах ты обречён на поражение.
Карл разглядывал пыльцу, оседающую на дне пиалки… Потом тихо сказал:
— От ваших слов мне то радостно, то грустно…
— Одни мой знакомый индийский философ сказал: «Радость — это любовь к тому, что есть. Печаль — это любовь к тому, чего нет». Но суть всего одна — любовь.
— Да… — эхом откликнулся Карл.
Он снова замолчал на несколько минут, а когда поднял глаза — в них был почти прозрачный осенний свет.
— Вы ещё долго пробудете в Англии? — спросил он волшебника.
— Нет. Этот вечер последний. Мне нужно вернуться на Восток, побродить по пустыням, по которым ходил Гайтана…
— Гайтана? — с удивлением переспросил Карл. — Великий волшебник, который не успел найти своего Короля Звезды?
— …Гайтана нашёл Короля Звезды… — медленно произнёс Дала Вонгса, и взгляд его затуманился. — Но у них оказались разные дороги…
Карл, затаив дыхание, смотрел на сидящего перед ним человека: на мгновение он не увидел, нет, скорее почувствовал — бесконечную боль, сжимающую старое сердце. Потом видение исчезло, но воспоминание осталось… Белая молния боли…
— Спасибо вам… — почти шёпотом проговорил юноша. — Вы были добры ко мне… С самой первой нашей встречи… Я не забуду этого…
— И тебе спасибо, мальчик… — ответил волшебник. — Я тоже не забуду тебя…
Карл поднялся, взял свои пакеты с покупками, выбрался из-за стола… Он уже собирался идти, но вдруг повернулся и спросил:
— Господин, который хотел получить Дары Жизни… он тоже в конце станет Королём Звезды?
— Ты правильно понял мою сказку… — тихо произнёс Дала Вонгса.
Карл вышел на улицу и посмотрел вверх, туда, где за крышами домов садилось солнце. Разговор с волшебником не изменил будущего, но сделал сердце чуть-чуть светлее. Печаль не исчезла, но стала прозрачнее и невесомее… Теперь он мог выполнить то, на что никак не решался.
Карл не навещал Бена с того дня, как оставил его в доме Марты Эдисон. Приют, дом в Паучьем тупике и замок в Уилтшире почти не оставляли свободного времени, да и после встреч с Тёмным Лордом просто не было сил идти куда-то. Но правда заключалась в другом: он боялся. Боялся узнать, что Бен сбежал в поисках новой дозы, боялся увидеть его, бьющегося в конвульсиях от ломки…
Сегодня, передав воспитательницам пакеты с покупками, он заставил себя пойти на пустырь. Мужчина в плохо пахнущей одежде дремал на скамейке, подставив заросшее щетиной лицо солнечным лучам. Может, он найдёт Бена таким же или не найдёт вообще…
Травы в поле у железной дороги гудели голосами кузнечиков. Можно было перенестись прямо к дому Марты, но Карл выбрал долгий путь. Он шёл по полю, словно по морю, касаясь пальцами травянистых волн. Но чем ближе становился дом с красной черепичной крышей, тем медленнее делался его шаг. У самой калитки Карл остановился. Вдруг откуда-то из кустов выпрыгнул рыжий кот и замер, заметив гостя.
«А, это ты, мальчик-призрак…» — говорили внимательные зелёные глаза.
— Здравствуй, Томас… Я…
Тут до него донёсся слабый голос:
— Томас… Томас, ты где?..
На посыпанную гравием дорожку, опираясь на палочку, вышел юноша — и тоже замер.
— Карл… — наконец, выговорил он.
— Здравствуй, Бен… — ответил тот почти шёпотом, словно боясь прогнать видение.
— …Я ждал, что ты придёшь… — проговорил Бен, опуская глаза.
— Прости… — пробормотал Карл.
— Ничего… Я понимаю, почему ты не приходил так долго… Давай посидим там и поговорим, — он указал на скамейку.
— Да-да, извини!.. Твоя нога…
— Скоро заживёт, — Бен медленно прошёл по дорожке и опустился на скамейку.
Карл осторожно сел рядом. Он не стал спрашивать, что случилось, вряд ли Бену было приятно об этом говорить.
— …Последний раз, когда мы виделись… — с трудом начал Бен, видно, это давно мучило его. — Я наговорил тебе много несправедливых слов… Я плохо помню ту дорогу, но то, что сказал тебе, сохранилось в памяти… Я был неправ… Ты не посылал мне тех снов… Даже если я и увидел их благодаря тебе, это были
— Бен…
— …Всё это время… я думал, что скажу, когда снова увижу тебя… Поблагодарю тебя за спасение… Или скажу, что жалею о той встрече. И лучше бы ты оставил меня умирать на том вонючем складе… Потому что это очень больно… очень больно рождаться заново… — он бросил быстрый взгляд на свою ногу.
— Бен, я не спасал тебя… — грустно проговорил Карл.
