Постепенно стоны детей становились громче, а голова сидящего на каменном полу юноши опускалась всё ниже. Из-за мраморной статуи на него смотрел старый ворон, вспоминая, как его сын пытался защитить людей от осколков взрывающихся снарядов…
На следующий день, встретившись с Карлом в столовой, Валери невесело усмехнулась: «Я же говорила, он этого не вынесет… Наверное, и заснуть не смог…»
— Плохо спал? — спросила она, садясь перед своим подносом с кашей.
— Хорошо, — ответил Карл и набросился на овсянку словно заключённый, неделю не видевший еды. Он и внешне напоминал узника: кожа посерела, под глазами легли фиолетовые тени.
— Оно и видно, — хмыкнула девушка, втыкая ложку в свою тарелку.
— Нет, правда, уснул, как только добрался до постели. Даже снов не видел.
— Зря ты мне про сны напомнил. Так не хочется тащиться к Трелони…
— А у меня первым уроком Уход за магическими существами, пойдём до Северной башни вместе!
— Пойдём-пойдём, — вздохнув, согласилась она.
Поступи Валери в Хогварст, как все остальные студенты, она бы и не подумала в погожий день, которые так редки осенью, сидеть на уроке и слушать всякий бред про сны, звёзды и магические кристаллы. Но Валери помнила, что попала сюда благодаря Карлу, а он не одобрял прогулки во время занятий. Хотя вчера сам куда-то сбежал с истории магии — после уроков она зашла за ним в класс, но его там не оказалось. Спросила у слизеринцев, где он — все будто в рот воды набрали. Только Патрик Миттчел в конце концов всё-таки снизошёл до разговора с грязнокровкой: сказал, что Кэрроу выгнал Карла с Защиты, и тот больше не возвращался.
«Вот бы и меня профессор Трелони выгнала», — мечтала она, поднимаясь по верёвочной лестнице на верхний этаж башни. — «Хотя надежды мало. Слишком уж она всех боится».
Помелькав перед преподавательницей — чтобы та запомнила её в качестве присутствовавшей на уроке — Валери забралась в узкое пространство между стеной и портьерой, служившее здесь чем-то вроде кладовой. Усевшись среди разбитых чашек, порванных ловцов снов и запасных магических шаров, она посмотрела на часы: прошло всего десять минут от занятия.
«Ладно, хотя бы высплюсь нормально», — решила Валери. Подобрав ноги, она укрылась валявшейся рядом восточной шалью и закрыла глаза.
Разбудили её громкие голоса — ученики прощались с преподавательницей и покидали класс.
«Пора и мне выбираться», — улыбнулась себе девушка. Она скинула шаль — и вдруг взгляд упал на большой хрустальный шар, лежащий рядом. Внутри него словно бегали огоньки.
«Солнечный свет отражается, наверное…» — подумала Валери, наклоняясь, — и замерла.
В хрустальной сердцевине шара показалась женщина. Она сидела спиной к Валери, поэтому невозможно было разглядеть лицо — только каштановые волосы, тяжёлыми локонами падающие на плечи. Женщина смотрела в такой же хрустальный шар — в нём отражался цветущий сад и двое спорящих людей. Валери присмотрелась и с удивлением узнала розовую аллею в парке возле Шармабатона. А спорящие оказались ею и Джейденом Ван Стратеном.
— Какие мы были неуклюжие в своей любви друг к другу, — сказала склонившаяся над хрустальным шаром женщина, и Валери вдруг поняла, что это она сама.
Внутри шара снова забегали огоньки: женщина и сад исчезли. Но Валери продолжала поражённо смотреть в пространство перед собой.
Их диалог с Джейденом удивительно напоминал вчерашний разговор, вот только говорили они не перед Хогвартсом, а в Шармбатоне!.. Если бы она не ушла… Если бы она не ушла из своей школы, то осталась бы жива… Выросла и превратилась бы в эту женщину… Эта женщина была ею… Взрослой Валери… Почему-то она точно это знала…
