Спустя две недели Лайнту удалось в очередной раз подключиться к компьютеру Мэтта. На этот раз пакет собранной и проанализированной искусственным интеллектом информации был не столь обширен. Видимо, активность людей там, внизу начала ощутимо приближаться к критической отметке. Ядерный удар ВС США по границе с Мексикой во избежание прорыва зараженных беженцев на территорию страны. Полномасштабная война одной группы стран против другой группы стран в Африке. Военный конфликт России и Германии на Южном полюсе. Списки уничтоженных инфекцией городов, крупных населенных пунктов и карликовых государств. Что-то еще из разряда не столь существенного… Взгляд Лайнта, недавно сложившего с себя капитанские полномочия, зацепился за ряд знакомых слов. Рядом с «МКС» и « Индастриал» была приведена краткая информация о готовящимся полете и предполагаемый список пассажиров, отобранных медиками по принципу «не инфицирован» и «может пережить перегрузки».
Без всякого интереса Дэвид скользил глазами по списку замороженных в космосе мертвецов.
«Роберт Симпсон, Сэм Митчелл, Элисон Блэк, Стефани Квебек, Мелани Коулд, Мэри Квасински, Дженнифер Лайнт, Дебора Стоун, Кейт Редли…
Сердце стукнуло слишком сильно и замерло, оборвавшись где-то внутри. Внизу стало как-то тяжело и неприятно.
Экс-капитан, не дыша, вернулся на два имени назад…
– Выход. – Голос Элеоноры хлестнул по ушам, разрывая неприятные воспоминания.
Стоявший впереди Дэвида Климов повернул запорный механизм выходного шлюза, потянул круглую дверь на себя и, оттолкнувшись ногами, легко вылетел наружу. Дэвид последовал за ним.
На мониторе одной из внешних камер Элеонора с замиранием сердца следила за тем, как астронавты при помощи страховочных фалов закрепились за желтые скобы «трассы безопасности» на поверхности станции и закрыли за собой выходной люк.
– Что они там делают?
Стейз вздрогнула от неожиданности, повернулась и увидела перед собой осунувшееся, посеревшее лицо Родригез. В голове успело пронестись что-то вроде «какого хрена именно сейчас», прежде чем Альба задала следующий вопрос:
– А почему ты в маске? Ты заболела?
– Нет, Альба.
– Тогда почему ты так испугалась? – Глаза афроиспанки сузились. Ноздри широкого, приплюснутого носа начали угрожающе раздуваться. – Ты заболела. Поэтому эти двое хотят сесть на шаттл и улететь на Землю подальше от тебя.
– Нет, Альба. Все совсем не так.
– А меня эти шовинисты и женоненавистники оставили здесь. Умирать. Рядом с тобой. Чтобы я тоже умерла.
– Да говорю же тебе, что все совсем не так! Ты меня слышишь?!
– Но у тебя ничего не выйдет. И у них не выйдет. Шаттл не сможет улететь, на нем совсем нет топлива. А эти тупые даже не додумались до этого. Они только и могут обижать беззащитных черных женщин. А я вас всех перехитрю. Сейчас я убью тебя, а потом закрою изнутри шлюзовой отсек. И эти уроды сами там сдохнут, когда у них закончится кислород. – Родригез начала приближаться к отступающей в сторону Стейз. – Прости, Эл. Ты мне нравишься, но ты больна.
– Это ты больна! – Стейз бросила взгляд на параметры выходного шлюза. Если эта сумасшедшая тварь и захочет что-то сделать с ним, то прямо сейчас у нее ничего не выйдет. Сейчас там давление, как за бортом. Если она туда сунется, ее кровь превратится в кока-колу с пузырьками азота. Но, на всякий случай, надо перестраховаться. – До шлюза тебе все равно не добраться!
Лицо Родригез потемнело от прилившей к нему крови. Горячая испанская мадам заглотила наживку, теперь нужно только вывести ее к мелководью.
– И со мной тебе не справиться, тупая черная овца!
– Perra!3 – Альба, взвизгнув, бросилась в сторону американки. Но этот момент Стейз уже не видела. Элеонора неслась что было сил в сторону модуля Unity, ведущего к ряду биоферм. После небольшого овального тоннеля перед ней возник знакомый перекресток. В стороны уходили модули биоферм с аппаратурой синтеза и зеленеющими ровными рядами саженцев ненавистного салата. Стейз стащила с головы резинку, стягивающую волосы в хвост на затылке, и позволила ей зависнуть возле входа в левую половину ряда биоферм. Убедившись, что Родригез без труда найдет ее, Элеонора рванула в противоположную сторону, туда, где в одном из модулей покоился разобранный русским «Поток-300».
– До подхода шаттла десять минут. – Климов посмотрел на встроенный циферблат электронных часов. – Цель в пределах визуального контакта. Приближается согласно разработанному плану.
– Нам несказанно повезло, что именно сейчас челнок проходит рядом с нами и что повторный виток через девяносто минут тоже пройдет в непосредственной близости от станции.
– Согласен. Потом мы разминемся на трое суток, – подтвердил Артём. – Надо суметь все сделать с первого раза.
– Будем стараться, – кивнул Лайнт. – Мы, хоть и последние, но далеко не первые. Были удачные попытки и до нас с тобой.
– Ты про захват спутников?
– Не только. Загрузка спутников «Palara» и «Westar» в шаттл была, наверное, первым и революционным прорывом в области работ в открытом космосе. Но я имею в виду удачные попытки абордажа в двадцать девятом году.